Блог Його Величність Футбол

«Расизм? Ощущаю изменения в Украине после Революции». Кто такой Жилмар

Андрей Сенькив поговорил с экс-тренером «Львова» еще до его увольнения.

Мы встретились с Жилмаром незадолго до сенсационного ухода. Тогда бразилец еще не знал о том, что его дни во «Львове» – сочтены. В голове – серьезные цели, в сердце – любовь к Украине, в воспоминаниях – куча стран и приключений. Теперь он будет экспертом на телеканалах «Футбол 1/2».

Он очень спокойный, вдумчивый и искренний. Журналисту не должны нравиться спикеры, но этот тот случай, когда человек притягивает к себе. У Tribuna.com не было права не дать читателям возможности познакомиться с Жилмаром поближе.

- «Львов» и УПЛ — самый серьезный уровень, на котором вы работаете в качестве тренера?

– Конечно, 100%. Это самый большой и самый приятный вызов в моей жизни.

 Эх.

О разнице между украинскими и бразильскими игроками

Устанавливайте приложение Tribuna.com для Android и iOS. Здесь есть все о спорте!

Если этот вопрос задали бы 15-20 лет назад, ответил бы очень легко. Сейчас в футболе нет большой разницы между Украиной и Бразилией.

Да, у нас работают над техникой, но кто самые лучший игроки мира? Не бразильцы. Последний раз лучшим был Кака 11 лет назад. Сейчас Бразилия уже не занимает первое место. Наша школа — играть на улице, на пляже, а уже потом — в академии. В Европе по-другому — сразу академия.

Когда я приехал, то бразильские игроки уже были. Не я их искал. Моя задача сейчас — смотреть и развивать их. Не смотреть на паспорта — играет тот, кто готов. 

О цели

Задача очень четкая — третье место, медали. Я говорил об этом раньше, говорю и сейчас. Ничего не поменялось. Чемпионат Украины очень равный, я вижу, что есть «Динамо» и «Шахтер», но кто, кроме них, лучше за ФК «Львов»? Я смотрел много матчей — не видел ничего особенного. Какая разница между нами и «Зарей» или «Олимпиком»? Много матчей заканчивается с минимальной разницей — 1:0, 2:1. Чемпионат Украины будет именно таким.

О деньгах в украинском футболе

А где стабильно? Полгода работал в Саудовской Аравии, а мне заплатили только за 3 месяца. В Бразилии работал полгода во второй лиге — заплатили только за месяц. Почему я не в другой стране? Для меня сейчас это очень важная ступенька в карьере. Самая важная в жизни. Считаю, это супершанс. У меня были варианты из Омана и Мьянмы, но «Львов» был самым лучшим вариантом.

К тому же Украина — мой второй дом, я приехал сюда 9 лет назад. Журналисты любят вспоминать, что я говорил о расизме. Но расизм есть везде. Да, мне было страшно. Не раз и не два. Но из-за этого я меньше не люблю Украину. У меня семья здесь, «Львов» дал мне шанс вернуться сюда.

О первом впечатлении об Украине и работе в «Металлурге»

Это было 8 лет назад. У меня был шок. Я совсем не знал языка. Это еще и зимой было — мороз 26 градусов. Вечером я приехал, а с утра пошел на встречу и вышел на работу. Когда играл в футбол, то постоянно ездил. У меня было желание остаться на одном месте, спокойно работать. Никак не получалось.

В «Металлурге» я занимался с Ковалем, Соболем, Сидорчуком, Степаненко, Лучкевичем. Я брал детей в 8 лет и работал с ними до 17.



Это было интересно, ведь я не знал языка. Мне дали переводчика, но он переводил с португальского на английский. Дети не знали английского. Тогда я сказал, что мне никого не надо. Я пользовался гугл-переводчиком, дома учил слова. 1-2 раза в неделю ходил в кино с русскими и украинскими субтитрами. Парни из первой команды смеялись — мол, что ты делаешь? Но это моя стратегия. Так я учил английский с 12 лет, смотрел кино. Язык — это практика. Как тренировка. Тяжело было первый месяц, а потом уже пошло.

Я знаю 5 языков, но ни один не учил в школе. Знаю испанский, русский, английский, арабский, украинский и немного китайский.

О работе с Кварцяным

Он нормальный. С ним я работал еще в «Металлурге», а потом перешел в «Волынь» – скаутом. Он любит бразильцев. У меня никогда не было с ним конфликтов — он очень адекватный. Я был там мало времени — проблемы с деньгами. Больше двух месяцев и официально я там не работал.

О Саудовской Аравии

В Аравии очень тяжело. У меня там было много проблем. Очень жарко – +50, +51. Поэтому все тренировки – вечером. Тогда еще был Рамадан и каждый день в 18.30 – 19.00 надо было останавливать тренировку. Но когда начинается тренировочный процесс, я забывал об этом. Меня оштрафовали.

Очень плохо, что жена все время должна быть дома. За ручку мальчик с девочкой тоже не погуляют. Все отдельно – кино, театры, магазины. Мы гуляли, а жена была без паранджи. Купил пиццу, открыл машину, сидим кушаем. Сразу же приехала полиция. «Жилмар, это уже не первый раз. Город маленький, тебя все знают. Не делай так», – говорят. Я звоню президенту, а повсюду уже фото – жена за рулем была, да еще без паранджи. Пришлось штраф платить.

Ну и зарплату там не платили.

О карьере игрока в Брунее

Есть футболисты с талантом. Но есть просто очень большие профессионалы. Я из таких, у меня не было чудо-техники. Я играл в Брунее. В то время я был там большой звездой. Например, был на встрече местного султана с британской королевой. Он подарил огромную золотую медаль с их изображениями. Когда нет работы или тяжело с деньгами, всегда думаю продать ее.

О расизме 

Мой брат Жуниор играл в «Металлурге» и «Заре». Он говорил: «Жил, пока ты ничего не понимаешь, у тебя все хорошо». Неприятно, что были проблемы с расизмом. Это страшно. Мне говорят «черный» и я нажимаю в голове «стоп» – понимаю, о чем речь. Когда не понимал, то на «черный» реагировал смешно: «О, спасибо! Хорошо».

Сегодня признаюсь – я черный (показывает на руки, – прим.). Ничего не поменялось. Но на стадионе и на тренировках люди очень хорошо себя ведут. В социальных сетях много поддержки. Это очень приятно.

Я ощущаю изменения в вашей стране после Революции. Когда только приехал, то ребята меня щупали. Странно – я же не первый черный в Украине. Даже в академии был игрок, чей папа из Конго. У нас в Бразилии очень большой микс людей, поэтому с этим легче. В Украине уже тоже есть такое. Новое поколение совершенно другое – меня воспринимают по-другому.

В Китае вот тоже были ситуации – местный ребенок смотрел на меня и зажимался, боялся очень. Там тоже свои нюансы.

Об украинской жене

12 лет я жил в первом браке с бразильянкой, с ней у мене трое детей. У меня был такой момент, что я хотел просто работать – не смотрел на женщин вообще. А с нынешней женой познакомился в Запорожье – когда пошел после матча покушать. Попросил у нее телефон – она не дала. Через полгода я снова с ней встретился и еще раз попросил номер телефона. Она: «Нет, я тебе не дам». Тогда решил дать ей своей номер.

Прошло еще полгода, я вернулся из Бразилии и мне звонит номер незнакомый: «Это Оксана, ты мне дал номер полгода назад». «Что такое?» – спрашиваю. «Я хочу кофе попить», – отвечает. Прямо тогда я не мог и назначил встречу через три часа. Кофе попили. Уже 7 лет кофе пьем. Наверное, она первая украинка с фамилией Да Силва.

О путешествиях

Мне звонят и я сразу еду. Мама работает не дома, приезжает и спрашивает брата: «А где Жил?» А я в Португалии. А сейчас он в Китае. Я уехал из дома в 14 лет. Мне уже не страшно ничего.

Вот украинские футболисты – они же никуда не уезжали. Сейчас все поменялось. Дело не только в деньгах – в Украине одному парню давали 400 тысяч в год, в Европе были варианты на 1 миллион, но он оставался дома. Новое поколение – совсем другое.

Рокировка «Вереса» и «Львова»: как им это удалось

Автор

Комментарии

  • По дате
  • Лучшие
  • Актуальные
  • Друзья
Loading...