Из-за обмена в «Бруклин» Харден потерял 14 млн долларов. Все дело в подоходном налоге

Финансовые жертвы Бороды.

Всего за один день Джеймс Харден упал с первой строчки в одном из самых важных рейтингов для баскетболистов.

Нет, это не рейтинг уважения, там Хардена давно нет на первых местах. Не рейтинг лучших игроков – на то, чтобы упасть в нем, понадобился месяц кутежа в межсезонье. И даже не рейтинг самой длинной бороды в НБА – в нем Джеймс без проблем становится чемпионом уже девятый год подряд, а его единственный конкурент Кайл О’Куинн не нашел себе новую команду на этот сезон.

Речь о статусе самого зарабатывающего игрока НБА.

В прошлом сезоне и в начале этого сезона зарплата Хардена уступала только Карри – но это если считать с налогами. По чистому заработку Джеймс опережал даже Стефена, ведь, как известно, играть в клубах из Техаса или Флориды намного выгоднее, чем в клубах из Калифорнии или Орегона.

Или Нью-Йорка.

Став игроком «Нетс», Харден тут же потерял несколько миллионов «чистой» зарплаты, пропустив вперед не только Карри, но и своих недавних одноклубников – Уэстбрука и Джона Уолла.

За этот и следующие два сезона Хардену гарантировано 132,9 млн долларов – никому за этот отрезок не заплатят больше (у Уолла и Уэстбрука – 132,6, у Дюрэнта – 126,1, у Леброна – 124,9, а у Карри контракт истекает через два сезона). Но никто и не отдаст больше в налогах, комиссиях и прочих отчислениях.

Перед стартом этого сезона бизнес-журнал Sportico примерно прикинул, что из 133 млн Харден заплатит 52,5 млн государству. После обмена в «Нетс» эта цифра выросла до 66 млн – практически половина.

Все дело в налоге штата и города, которые в сумме откусывают почти 13% от заработка в дополнение к федеральному налогу (богачи с доходом свыше 500 тысяч в год платят в казну США 37%).

В Техасе отсутствует подоходный налог штата, тем не менее, игроки все равно делятся не только с федеральным бюджетом: в американском спорте принята система, по которой во время выездных матчей игрок платит налоги по ставке того штата, куда приехал в гости.

Этот так называемый jock tax придумали еще в 1960-х, но активно стали применять в 1991 году, когда власти Калифорнии захотели кусочек состояния Майкла Джордана, приехавшего с «Буллз» выигрывать свой первый чемпионский титул у «Лейкерс». Налоговые службы Иллинойса решили мстить, а вслед за ними налог с богатеньких спортсменов на выезде стали собирать и другие штаты, где действовал подоходный налог.

Благодаря этому ситуация с налогами немного выравнивается, но все равно «Хит», «Мэджик», три техасские команды, а также «Уизардс» имеют перед другими командами финансовые преимущества.

Играя за «Хьюстон» – в безналоговом штате, с «выгодными» соперниками по дивизиону, с которыми нужно встречаться чаще – Харден после вычета налогов получил бы 80,5 млн за следующие три сезона. В «Бруклине» – лишь 67 млн. И это не единственные вычеты: еще почти 3% от контракта нужно выплатить агенту в качестве комиссионных, немножко отчислить на пенсионный счет 401(k), а еще 20% надо отдать в фонд эскроу, из которого обратно, как ожидается, игроки будут получать совсем немного в ближайшие годы, – но все эти суммы будут одинаковыми в любой команде. В отличие от подоходного налога штата.

Почему НБА не применит какие-то финансовые механизмы, чтобы выровнять налоговые ставки? Потому что это не ее задача, «неизбежны только смерть и налоги», как говорил дядечка со стодолларовой купюры. Налоги – это такой же внешний фактор привлекательности клуба, как, например, климат, близость к дому, стоимость проживания. НБА не будет регулировать свои правила, чтобы покрыть разницу между погодой в Майами и в Бостоне, не будет компенсировать аренду жилья, которая в Сан-Франциско в несколько раз выше, чем в Миннеаполисе, не будет давать бонусные мили игрокам «Кливленда», играющим так далеко от своей семьи из Калифорнии.

В общем, из-за этого обмена новые серьезные траты предстоят не только «Бруклину», но и самому игроку. В Нью-Йорке ведь не только налоги высокие: тот же Sportico подсчитал, что стоимость проживания в Бруклине почти вдвое выше, чем в Хьюстоне, а если Харден предпочтет тусоваться на Манхэттене – то это выйдет ему вообще на 165% дороже.

Впрочем, Харден уже заработал 186 млн в НБА, из которых получил «чистыми» около 100 млн, и примерно столько же – в спонсорских контрактах. Неизвестно, сколько из своего состояния в 150-200 млн Джеймс просадил на стриптиз, но учитывая, что осенью он отказался от продления контракта с «Рокетс» на два года и 100 млн, деньги у него вряд ли закончились.

Хотя эти 14 млн не были бы лишними даже для одного из самых богатых спортсменов в истории.

Делимся на «сик-сак-сук». «Бруклин» строится на обломках старой империи «Оклахомы»

💥 Кто выиграл от обмена Джеймса Хардена?

Фото: Gettyimages.ru/Steph Chambers