Блог Баскетбольный дайджест

Архитектор «Плохих парней». Карьера Чака Дэйли

logo

Посвящается светлой памяти великого тренера Чарльза Джерома Дэйли.

Принятое в сентябре 1989 года на 95-й сессии Международного Олимпийского Комитета революционное решение о допуске профессиональных баскетболистов к участию в летних Олимпийских играх поставило Федерацию баскетбола США в затруднительное положение.

Годами устоявшаяся процедура укомплектования команды – именитый и опытный наставник из студенческого чемпионата страны, неизбалованные деньгами и славой игроки-студенты, набор предварительного расширенного состава, просмотр, отсеивание неподходящих кандидатов – вылетела в трубу. Продолжавшиеся около года споры о пропорциональном соотношении профессиональных спортсменов и игроков-студентов в составе сборной завершились к концу 1990 года довольно предсказуемым решением – первоначально принятое соотношение «шесть профессионалов – шесть студентов» трансформировалось в «одиннадцать профессионалов – один студент». При тогдашнем уровне индивидуального таланта и харизмы игроков в НБА было бы просто глупо устанавливать искусственные лимиты, что функционеры и поняли, взглянув на лист потенциальных участников сборной США. А вместе с пониманием того, что выбрать одиннадцать игроков будет очень сложно, стало также ясно, что такой команде потребуется не менее харизматичный главный тренер.

Перед членами избирательной комиссии: Родом Торном, Дэйвом Гевиттом, Донни Уолшом, Джеком МакКлоски, Расом Грэником и Эм Си Ньютоном – встала интересная задача. Им предстояло выбрать человека, не замешанного в политические игры внутри Федерации и НБА, обладающего огромным авторитетом, умеющего работать с суперзвездами, имеющего опыт побед на высочайшем уровне, и у которого хватит характера и мудрости добыть золотую олимпийскую медаль вопреки всему ненужному шуму, который, без сомнений, будет окружать сборную США в Барселоне. Самые очевидные кандидаты на должность в лице Пэта Райли, Лэрри Брауна, Дона Нельсона и Ленни Уилкенса обладали определенными недостатками. Обсуждение кандидатур грозило затянуться, когда Билли Каннингэм вдруг упомянул человека, однажды сказавшего «Тренировать команду НБА все равно, что одновременно иметь дело с двенадцатью разными компаниями из списка «Fortune 500». Каждый из них талантливее меня и зарабатывает намного больше меня, поэтому очень важно уметь объяснить каждому из них, почему им следует верить мне». Имя этого человека – Чак Дэйли.

Неудивительно, что именно Билли Каннингэм вспомнил о Дэйли, который получил свою первую работу в НБА в далеком 1977-м в качестве ассистента Каннингэма в «Филадельфии». Чаку на тот момент было уже 47 лет, и он явно не был феноменом, который ворвался в лигу и сходу начал завоевывать трофеи – его приход в НБА стал лишь закономерным продолжением 22-летней равномерно развивающейся карьеры.

Рожденный 20 июля 1930 года в семье Эрла и Джеральдины Дэйли в Сент Мэри, штат Пенсильвания, Чарльз Джером Дэйли вырос в городке Кэйн, где был довольно средним игроком в составе школьной команды «Сэнт Каллисто». Что, в принципе, абсолютно не волновало парня – уже тогда он знал, что хочет стать тренером. Постоянный разбор нюансов игры со своим школьным наставником Стюартом Эдвардсом и подписка на журнал «Scholastic Coach» – Чак начал закладывать прочный фундамент своей карьеры уже в юности.

Окончив школу в 1948-м, получив степень бакалавра в университете Блумсберга в родном штате и отслужив два года в армии, Чак в 1955-м получил свою первую работу – стал тренером школьной команды в городке Панксатони. Да-да, в том самом городке, в котором принято каждую зиму спрашивать у сурка, когда придет весна, и в котором Билл Мюррэй понял смысл жизни (этот забавный маленький факт Дэйли упомянет в своей речи при включении в Зал Славы в 1994-м). Естественно, школьный чемпионат штата второй категории – не ахти как сложно, и у молодого тренера было много свободного времени, которое он использовал с толком. Все заработанные средства Дэйли тратил на курсы обучения баскетбольных тренеров, во время школьных каникул ездя по всей стране в охоте за знаниями. Эту привычку учиться он сохранил до самого конца своей карьеры.

youngster

«Особенно многому я научился у Джона Вудена. Если он проводил где-то свои курсы, я обязательно присутствовал на них. Я стал повсеместно известен как парень, не пропускающий ни одного обучающего курса. Люди думали, что мне просто нечем заняться, но я лишь пытался изучить все, связанное с ремеслом тренера баскетбольной команды».

«Чак любил приговаривать, что нельзя быть успешным учителем, если не быть в то же время жадным до знаний учеником» – с теплотой вспоминает Пэт Уилльямс, который помог Дэйли начать карьеру в НБА, устроив его ассистентом тренера в «Филадельфию», а затем в качестве старшего вице-президента «Орландо» нанял Дэйли главным тренером команды в 1997-м.

Помимо посещения всевозможных обучающих курсов, молодой Чак также старался попасть на любой баскетбольный матч в штате Пенсильвания.

«У профессии баскетбольного тренера нет временных рамок, по достижению которых ты вдруг становишься лучшим. Нужно постоянно учиться. Все те школьные баскетбольные матчи, которые я посмотрел вживую, научили меня одной важной вещи – нужно стараться, чтобы баскетбол не превращался для твоих игроков в работу, а был необходимой и любимой частью жизни».

Вера в то, что баскетбол должен в первую очередь приносить его игрокам удовольствие, кардинально повлияла на методы Дэйли, который всегда славился своей нелюбовью к подробным тактическим разборам и долгим теоретическим сессиям со своими подопечными. Это, однако, не означало, что Дэйли не готовился к матчам. Наоборот, он был педантом, который до мелочей изучал игру оппонентов. Но при этом Чак просто брал всю теоретическую рутину на себя, обозначая перед игроками лишь самые важные моменты и не перегружая их деталями.

«Знаете, как наиболее успешные бизнес-лидеры не любят совещаний, считая их неэффективными? А теперь подумайте о моей профессии. Вы встречаетесь с игроками перед матчем, и это подобно совещанию. Каждый тайм-аут по ходу игры – маленькое совещание. Еще по одному совещанию в конце каждой четверти и по ходу большого перерыва. Разбор полетов после матча. Совещание за совещанием. А мне нужно, чтобы мои игроки сохраняли концентрацию и свежесть ума непосредственно для игры».

За восемь сезонов школьная команды под руководством Дэйли выдала 111 побед при 70 поражениях (.613), и в 1963-м Чак заслуженно пошел на повышение – Вик Бубэс пригласил его к себе в качестве ассистента в «Дьюк». Проведя в Северной Каролине шесть лет и приложив руку к выходу «Синих дьяволов» в «Финал четырех» NCAA в 1964-м и 1966-м, Дэйли получил свою первую работу в должности главного тренера на студенческом уровне и заменил самого Боба Кузи в «Бостон Колледж» в 1969-м. Показатель в 26 побед и 24 поражения и слава человека, постоянно работающего над собой и своими методами, стали убедительной рекомендацией для руководителей Университета Пенсильвании, нанявших Чака главным тренером своей баскетбольной программы в 1971-м. Шесть лет работы в престижнейшем университете, 125 побед при всего 38 (!) поражениях (.767), полное доминирование в «Лиге Плюща» – неудивительно, что в 1977-м Пэт Уилльямс порекомендовал находящемуся в поисках достойного ассистента Билли Каннингэму именно Чака Дэйли.

pennstate

Отработав четыре года под началом Каннингэма, Дэйли получил, наконец, приглашение пуститься в свой первый самостоятельный полет в НБА за штурвалом «Кливленда», который на тот момент имел в копилке 4 победы и 14 поражений. «76-е» не стали чинить препятствия для своего талантливого питомца и удовлетворились пиком второго раунда на драфте-1985. Возможно, Дэйли не следовало принимать это предложение, учитывая, что оно исходило от одиозного владельца «Кэвс» Теда Степиена, но Чак рискнул, при этом оговорившись, что от него не стоит сразу ждать чудес. Чудеса и не последовали – команда за три месяца выиграла лишь 9 матчей, проиграла 32, и Чака быстренько заменили на Билла Масселмэна в феврале 1982-го, сделав его аж четвертым (!) тренером, нанятым мудрым Степиеном в том сезоне.

Этот кливлендский курьез, однако, не помешал «Детройту» предложить Дэйли пост главного тренера команды перед сезоном-1983/84, который Чак с удивлением и радостью принял. На тот момент лучшим показателем «Пистонс» в «регулярке» были 52 победы, добытые в далеком сезоне 1973-74, и с той поры до прихода в команду Дэйли команда ни разу не набирала больше 44 побед. Новому тренеру не удалось с ходу существенно исправить ситуацию – за два первых сезона во главе команды Чак набрал в общем 95 побед, вылетев в первой стадии плей-офф в свой дебютный сезон и во второй стадии в свой второй сезон на посту главного тренера. Однако союзу уроженца Пенсильвании и «Мотауна» лишь предстояло пережить свои лучшие времена.

«Когда Джек МакКлоски нанял меня на должность главного тренера «Пистонс», он попросил меня попробовать улучшить игру команды в защите. Понятия не имел, что можно было бы исправить в этом аспекте – я просмотрел записи игр «Детройта» под руководством Скотти Робертсона, и мне показалось, что он все делал правильно. Пришлось поломать голову – мой двухгодичный контракт истекал, а руководство клуба ясно дало понять, что им была нужна качественная защита».

pists

Наконец, летом 1986-го на Чака Дэйли снизошло озарение, которое определило всю его дальнейшую карьеру. В НБА на тот момент проповедовали быстрый результативный баскетбол – команды выдавали по 88,6 броска и 110,2 очка в среднем за матч при точности в 48,7% с игры. Однако стиль игры кардинально менялся в плей-офф – темп значительно замедлялся, акцент делался на позиционную игру (сильно улучшался процент попадания, потому что броски были более подготовленными и нефорсированными), защита начинала превалировать (количество бросков за матч значительно уменьшалось).

«Если вы все равно собираетесь играть таким образом в плей-офф, то почему бы не делать то же самое и в регулярном чемпионате? Зачем играть 82 матча в одном ключе, а затем кардинально менять стиль в играх на вылет? Чем больше я задумывался над этим, тем больше понимал, что замедление игрового темпа было единственным верным для нас решением в лиге, где команды соревновались в том, кто больше забьет».

Как бы удивительно это ни звучало, но подобное решение было новаторским в тогдашней НБА. Сместить акцент с атаки на защиту? Отказаться от ран-н-гана (учитывая превалирование в команде атлетов-баскетболистов, а не баскетболистов-атлетов) и перейти на постоянные позиционные розыгрыши, свойственные играм на вылет? Стать эффективными в ущерб эффектности?

«Играть каждый матч «регулярки» так, словно это был решающий матч плей-офф – это стало моей целью».

Убедив генерального менеджера команды МакКлоски в жизнеспособности своей новой концепции, Дэйли при полной поддержке руководства клуба принялся строить команду, необходимую для осуществления его новаторского замысла. Его первым ходом стал обмен Келли Трипучки, одного из лучших игроков команды (20,0 очка, 4,3 подбора, 3,3 передачи, 49,8% с игры, 32,4 минуты в среднем за матч), на Эдриана Дэнтли, который должен был стать якорем детройтского нападения в лоу-посте. Умение Дэнтли занимать выгодную для себя позицию в «краске», целая коллекция обманных движений, а также талант зарабатывать на себе фолы – все это позволяло «Пистонс» более грамотно разыгрывать «позиционку», а большое количество штрафных, которые пробивал Дэнтли (10,5 в среднем за игру в свой последний сезон в «Юте», лидерство в лиге по количеству совершенных и забитых бросков с линии), давали команде необходимую передышку и возможность подготовить защиту к следующей атаке оппонентов.

Затем последовала ряд мудрых решений на драфте – к уже задрафтованному в 1985-м Джо Дюмарсу добавились Джон Сэлли (11-й пик на драфте-1986) и Деннис Родман (27-й пик на том же драфте) – и приходРика Махорна из «Вашингтона». Добавьте сюда игравшего уже который год в команде Билла Лэймбира, и лидер франчайза Айзейя Томас, наконец-то, получил достойную группу поддержки – команда была готова к штурму вершин. Всю правомерность новой защитной концепции Чака Дэйли лига уяснит для себя в течение следующих пяти лет – в период с 1987-й по 1991-й «Детройт» стал доминирующий силой на Востоке, добравшись до пяти подряд финалов конференции и трех подряд финалов НБА.

Называть игроков «Дейтройта» второй половины 80-х – начала 90-х «Плохими парнями», по меньшей мере, несправедливо. Подобное было бы уместно в современной НБА с ее смягченными правилами, постоянным флоппингом и жалостливым апелляциям к арбитрам. Но НБА 80-х и 90-х не была лигой выдающихся джентльменов. В конце концов, речь идет о лиге, в которой на грязные приемы исподтишка в исполнении Стоктона и Мэлоуна закрывали глаза; в которой не было места дружескому одобрению Пола Джорджа на трехочковое попадание ЛеБрона в финале конференции; в которой Тони Кукоч получал по шее от своего партнера Скотти Пиппена за то, что вдруг вздумал подать руку упавшему на паркет сопернику.

Использование клише «Плохие парни» – это скорее вопрос личного субъективного восприятия такой контактной игры, как баскетбол. Что ближе лично вам – Винс Картер, падающий навзничь после небольшого контакта так, словно его подстрелили, или Айзейя Томас, который с подвернутой лодыжкой набирает рекордные 25 очков в третьей четверти в безуспешной попытке добыть для «Детройта» победу в шестом матче финала НБА-1988? Что вам нравится больше – Дуайт Ховард, дурачащийся и призывающий Кобе почаще улыбаться перед четвертым матчем финальной серии-2009, которую «Орландо» проигрывает, или Кевин Гарнетт, выходящий на каждый матч регулярного чемпионата, словно на свой последний в жизни?

80-е и 90-е не зря считаются золотой эпохой в истории НБА – победа была вопросом жизни и смерти, а чемпионский титул был окружен ореолом недосягаемости аки Святой Грааль. Дэйли сумел собрать под своими знаменами игроков, чьи качества лучше всего олицетворяли ту эпоху – неуемная жажда побеждать, мужественность, бескомпромиссность, – и проявил достаточно мудрости, позволив им быть самими собой. Это является одним из главных уроков карьеры Чака – не следует бороться с обстоятельствами, следуетиспользовать их себе на пользу.

Айзейя любил контролировать все вокруг себя, был тем, кого американцы называют «control freak» – Дэйли отдал ему мяч и нити управления командной игрой, понимая, что только так Томас будет наиболее продуктивен. Лэймбир был сволочью от природы – Дэйли использовал это во благо команды. Родману с его тонкой душевной структурой и детской беззащитностью требовалась фигура отца и наставника – и Дэйли окружил его заботой и доверием, заслужив в дальнейшем от Денниса эпитет «Бог». Джордан любил доказывать всем свой статус лучшего индивидуального таланта в истории баскетбола и не доверял партнерам – Дэйли построил защиту против «Чикаго» на так называемых «Правилах Джордана», раз за разом бросая вызов ЭмДжею и заставляя его добровольно лезть в капкан детройтской защиты. Чак многократно признавался в интервью, что нарочито грубый стиль игры не был его целью, но раз это было в характере его игроков, и у других команд рыльцо все равно было в пушку, то зачем с этим бороться, если можно направить это в нужное русло?

«Они не были хором церковных мальчиков. Однако Чак сумел взять под контроль атмосферу в раздевалке и привести их к титулам. Суметь объединить таких парней и заставить их действовать согласно плану – значит, быть гением» – Чарльз Баркли не устает удивляться тренерским талантам своего тезки Чака.

Кредо «Детройта» Дэйли стала не просто защита, а скорее принцип «На войне все средства хороши» и «Вместе мы – сила», и именно Джордан чаще других игроков лиги испытывал на себе силу этих принципов. Противостояние «Детройта» и «Чикаго» – это схватка двух противоположных начал: любимчика всея Америки, избалованного всеобщим вниманием Джордана, величайшего индивидуального таланта в истории игры, против группы парней, которым даже не снилась слава «Селтикс» или «Лейкерс», которых никто не любил, и которых по отдельности даже не считали стоящими игроками. Уступить Джордану для них означало раз и навсегда признать превосходство индивидуализма над силой коллектива, признать ложными постулаты командной игры, созданной доктором Нейсмитом.

«Unstoppable Force meets Immovable Object» – так газеты характеризовали противостояние «Чикаго» Майкла Джордана и железобетонной защиты «Детройта». Его постоянные попытки в одиночку обыграть «Пистонс» были вызовом этим парням – неужели он всерьез и искренне считает, что он сильнее нас? И они с еще большей страстью и не жалея никого вокруг доказывали обратное. Ни одна команда не заставляла Джордана бороться до последнего вздоха так, как это делали «Плохие парни», никто еще не приносил ему столько физической боли. И вопреки всему этому Майкл ни разу не обмолвился плохим словом в сторону архитектора «Правил Джордана», и даже с горечью сказал после смерти Чака Дэйли «Жаль, что мне не довелось поиграть под его руководством за пределами «DreamTeam». «Никто никогда не скажет плохого о Дэйли, что просто невероятно для этой лиги,» – с удивлением добавляет Чарльз Баркли.

Никто не сможет описать построенную Чаком команду лучше, чем ее главная звезда – Айзейя Лорд Томас III. Сразу после финала-1989, в котором всеми обожаемый «Шоутайм» был задушен в тисках зубодробительной защиты «Детройта», Айзейя в интервью журналистам сказал следующее:

«На следующий год после завоеванного чемпионства каждый из игроков команды начинает требовать больше игрового времени, больше бросков и больше денег. Именно это и убивает команду. Мы находимся на чемпионском уровне уже четвертый год подряд, и нам давно пора было самоуничтожиться, подобно «Сиэттлу» или «Хьюстону». Я этого не хочу. Но очень сложно не быть эгоистом. Искусство одерживать командные победы осложняется цифрами индивидуальной статистики, которые для нас превращаются в деньги. Для успеха нужно найти способ бороться с этой концепцией. И мне кажется, мы сумели это сделать. Мы стали первыми в истории чемпионами, в составе которых нет игрока, набирающего в среднем больше 20 очков за игру. Первая подобная команда в истории! У нас есть двенадцать парней, каждый из которых думает лишь о победе. […] Взгляните на наш коллектив со статистической точки зрения. В этом аспекте мы – одна из худших команд в лиге. Означает ли это, что статистика – не единственный способ понимать баскетбол? Да. Людям не стоит считать игрока лучшим только потому, что они прочитали в газете, что он попал 9 из 12 бросков и добавил к ним 8 подборов. Когда вы играете против нашей команды, вы не можете определить, кто является лучшим. Поэтому нашим оппонентам приходится думать не о том, как бы остановить одного или двух игроков, им приходится волноваться сразу о восьми-девяти парнях из нашего состава. Это– единственныйспособ выигратьИменно на этом зиждется баскетбол».

Упростим цитату Айзейи до одного предложения – секрет чемпионского «Детройта» был в упоре на командную игру. А инициатором такого подхода стал именно Чак Дэйли, чье понимание баскетбола олицетворяет фраза «Джордан позорит лигу!», в негодовании сказанную им в сезоне-1987/88, когда ЭмДжей был на пути к своему второму из семи подряд титулов лучшего скорера лиги. Это еще один урок, преподанный нам Дэйли – звездный статус игрока и его индивидуальная статистика не имеют значения, важна лишь командная «химия».

Тренер «Детройта» докажет верность своей философии по ходу сезона-1988/89. Оказавшись лишь в одной победе от первого для «Пистонс» чемпионского титула (который достался «Лейкерс» лишь из-за травмы лодыжки Айзейи Томаса и спорного свистка в пользу Карима в шестом матче финала-1988), Дэйли понял, что состав следует слегка подкорректировать. Деннису Родману следовало дать больше игрового времени, потому что он умел приспособиться к любому игровому стилю, своей борьбой за отскоки цементировал командную защиту и давал шанс на дополнительные очки в атаке, и мог обороняться против практически любого игрока в НБА. Однако Эдриан Дэнтли, чье игровое время пришлось бы сократить в данном случае, был недоволен подобным решением тренера и даже выразил это в своем интервью детройтским журналистам.

Несмотря на то, что в команде уже был создан подобный прецедент – Айзейя и Винни Джонсон жертвовали своим игровым времен для Дюмарса, а Рик Махорн отдавал часть своих минут Джону Сэлли, – Дэнтли отказался подчиниться. И Дэйли без тени сомнений обменял игрока, который лишь два года назад стал краеугольным камнем смещения акцента с атаки на защиту, а теперь вдруг поставил под угрозу всю концепцию альтруизма, которую Чак так тщательно создавал с момента своего назначения на пост главного тренера команды. В обмен «Пистонс» получили Марка Агуайра, менее талантливого, но более гибкого в личностном плане игрока «лоу-поста».

А теперь взгляните на разницу: в плей-офф-1988 Дэнтли играл в среднем по 33,9 минуты за игру, Родман – лишь 20,6, и на двоих они набирали в среднем 26,5 очка и 11,6 подбора. В плей-офф-1989 Агуайр играл в среднем по 27,1 минуты за матч, Родман – 24,1, и на двоих они набирали 18,4 очка и 14,4 подбора. «Пистонс» пожертвовали восемью дополнительными очками в среднем за игру ради трех дополнительных подборов, лучшей защиты и командной «химии». Ах да, они ведь еще и стали чемпионами по итогам сезона. Тот самый обмен Дэнтли на Агуайра, инициированный Дэйли, был осуществлен не по баскетбольным, а чисто человеческим причинам, что и подтвердил в дальнейшем Джо Дюмарс высказыванием: «Мне кажется, что Чак понимал людей также хорошо, как он понимал баскетбол. Баскетбол – это спорт, зависящий от людей».

Дюмарс, бесспорно, прав, ведь он говорил о человеке, который эффективнее любого другого тренера сумел извлечь все из талантов Айзейи Томаса и заставил однообразных игроков типа Джона Сэлли и Джеймса Эдвардса играть в лучший баскетбол в их карьере. Это человек, который показал избалованному и прожигающему жизнь Биллу Лэймбиру, как приносить пользу команде своим отвратительным поведением. Это человек, превративший 24-летнего новичка из какого-то захолустного колледжа в Оклахоме в одного из лучших персональных защитников и подбирающих в истории, который после ухода Дэйли из команды провел целый сезон, всерьез помышляя о самоубийстве. Это человек, который поставил в стартовую пятерку рядом с Айзейей новичка команды, Джо Дюмарса, и сделал из него будущего члена Зала Славы.

Сколько бы не было ипостасей у этого человека – тренер школьной команды из пенсильванской глубинки, ассистент тренера в знаменитом «Дьюке», доминирующий над Лигой Плюща наставник, создатель «Плохих парней», – лучше всего его характеризует прозвище, данное ему Джоном Сэлли и которое использовали все члены детройтской организации: «Богатенький папочка». Это прозвище, данное Дэйли бандой головорезов за его всегда опрятный, стильный и элегантный внешний вид, означало лишь то, что его считали одним из своих. Это был знак уважение тренеру, который заставлял их драться за каждый подбор, выгрызать каждый сантиметр на площадке и забывать о себе в угоду команды; который стал лучшим в истории команды, добыв в общей сложности 467 побед в регулярном чемпионате и 71 победу в плей-офф, и приведя ее к двум чемпионским титулам, добытым в финалах против «Лейкерс» Мэджика и «Блейзерс» Дрекслера с общим счетом 8-1 (!).

14 февраля 1991 года перед поездкой в Детройт на игру с «Милуоки» Чаку Дэйли позвонили из Федерации баскетбола США и попросили приехать в чикагский аэропорт О’Хара на присланном за ним лимузине. Там, в одном из терминалов, ему в спешном порядке объявили о решении назначить его главным тренером сборной США, которой предстояло выступить на Олимпийских играх в Барселоне. Ему также дали знать, что в его штаб войдут Ленни Уилкенс, Пи Джей Карлесимо и Майк Кшишевски и что не будет проводиться никаких традиционных отборов потенциальных кандидатов в сборную – Дэйли просто попросили составить лист игроков, которых он хотел бы видеть у себя в команде.

Федерация баскетбола собиралась официально озвучить имена участников олимпийской команды в сентябре 1991-го, что оставляло им десять месяцев на процесс отбора кандидатов, который обещал быть весьма сложным. Что и подтвердил Чак, включив в свой список не только суперзвезд лиги, но и таких парней, как Джо Дюмарс, Родман, Билл Лэймбир (у которого было больше шансов сыграть в снежки в аду, чем попасть на Олимпийские игры в Барселоне в составе сборной США), Джеймс Уорти, Кевин МакХэйл, и Доминик Уилкинс.

Однако самой сложной оказалась ситуация вокруг Айзейи Томаса, которого Чак включил в свой лист и которого не хотел видеть в команде Майкл Джордан. Дэйли оказался в чертовски невыгодном положении – он был обязан своим успехом игроку, которого не любило большинство влиятельных персон в НБА и который грозил своим характером подорвать атмосферу внутри коллектива. Чак Дэйли не поступился своими тренерскими принципами, поставив интересы команды выше своих личных отношений с Айзейей. Эту мучительную для ее участников ситуацию (которая так и осталась единственным в биографии тренера темным пятном) лучше всего опишет для вас Джек МакКаллум:

»[...] мне так и не довелось спросить его, искренне и без купюр, не жалеет ли он, что не вступился за Томаса, когда решался вопрос о его включении в «Dream Team». Ведь он мог использовать свое влияние и репутацию, дабы попробовать решить вопрос в пользу Айзейи. И хотя, когда к нему обращались с этим вопросом, Дэйли начинал лишь мямлить: «Это был тяжелый выбор для всех нас, я бы очень хотел иметь его в команде» – и так далее, и пытался уйти от темы, я знал, что это его мучило. И когда я вспоминаю, какДэйли опустился на колени перед лежащим на паркете после фола Мэлоуна Томасом, я понимаю, как же действительно тяжело было для Чака не вступиться перед Федерацией Баскетбола США за этого сложного парня из Чикаго, который дал Дэйли два чемпионства и такое множество волшебных моментов».

Время подтвердило правоту и тренерскую гениальность Чака – собранная им команда под его руководством выдала самое доминирующее выступление на международной арене в истории, одержав восемь побед в восьми матчах (в ходе которых он ни разу (!) не взял тайм-аут) на пути к золотым олимпийским медалям.

«Возглавлять «Dream Team» было для меня настоящей честью и вершиной моей тренерской карьеры. Это было подобно посещению совместного концерта Элвиса и «Битлз».

dream

Чарльз Джером Дэйли ушел из жизни 9 мая 2009 года в возрасте 78 лет от рака поджелудочной железы. Его памяти были посвящены плей-офф НБА-2009, в ходе которых главные тренеры команд-участниц игр на вылетносили на груди значки с его именем. Его наследие – два чемпионских титула НБА (в честь которых «Детройт Пистонс» вывели из обращения майку с номером 2) и создание одной из самых знаковых команд в истории лиги, олимпийское золото во главе величайшей коллекции баскетбольных талантов и индивидуальной харизмы в истории этого вида спорта, включение в Зал Славы имени Джеймса Нейсмита в 1994-м и в число десяти величайших тренеров НБА в 1996-м – невозможно выразить в 4000 слов, которые я излил перед вами, но можно охватить его же собственной цитатой:

«Мне повезло в жизни – я никогда не считал то, что я делаю, работой, потому что я бесконечно люблю баскетбол».

Оригинал на Sports.ru

Автор

КОММЕНТАРИИ

Комментарии модерируются. Пишите корректно и дружелюбно.