Блог Momento

Золотой, плачь. Как Франк Рибери признался в том, что является родственником Валерия Газзаева

Фото: Fotobank/Stewart Franklin – FIFA

Духовный лидер нации Юрий Дудь в свое время обратился ко мне с просьбой прокомментировать каминг-аут Томаса Хитцльшпергера. С некоторым опозданием я откликаюсь на эту просьбу. Только комментировать я буду не заявление Хитцльшпергера. Тут мне совсем не понятно, о чем рассуждать. Куда более важным мне представляется опасное признание другого, куда более знаменитого человека. Не понятое, не оцененное. Сразу забытое. Определение coming out в последнее время до неприличия сузилось. В широком смысле Coming out – это отчаянное разглашение сокровенной тайны.

Но вначале просто возрадуемся. Воистину, чудесны дела твои, Господи. На 31-м году жизни знаменитый футболист «Баварии» Франк Рибери заговорил. Обычно дар речи приходит к человеку с одним словом или рядом звуков, слово напоминающими. До сих пор немой, Рибери произнес целую тираду. Он считает, что «Золотой мяч» отошел к Криштиану Роналду не по справедливости.

Из всего этого набора звуков можно разобрать только одно слово – «политика». Почему политика, чья политика? ФИФА признала, что от очередной волны экономического кризиса более всех пострадала Португалия? Как-то запоздало, нет? Точнее было бы отметить «Золотым мячом» какого-нибудь знаменитого футболиста-киприота. Или египтянина. Или сирийца – вот это была бы настоящая политика. Или, если на секунду согласиться со вздорным обвинением в адрес ФИФА, что этой организации дела нет до того, что происходит за пределами уютной Европы, прекрасным выбором был бы Коноплянка. Украина уже три месяца держится в хит-параде мировых новостей, да и Коноплянка футболист отменный.

Слова Рибери совершенно ни о чем, но эмоция понятна. Настоящий детский лепет. Малыш Франк показывает на витрину «Баварии», заполненную все самыми престижными кубками, хранящими отпечатки его пальцев, и сердится на то, что блестящая, круглая игрушка досталась не ему, а пижону, который никаких нарядных кубков в прошлом сезоне не трогал. Он хочет нам сказать: «На табло посмотрите, олухи». Но еще не умеет это сказать. Своим первым внятным словом ребенок обозначает самое важное и близкое в его жизни. Как правило, это мама. Но бывают и другие случаи. Мычание Франка Рибери со всей очевидностью показывает, кто для него является, если не мамой, то, во всяком случае, самым близким на данный момент человеком. Это икона Sports.ru, самая, если не сказать единственная консенсусная фигура российского футбола, пророк Обьединенного Чемпионата – Валерий Газзаев, с его великой формулой «Главное и самое красивое в футболе – счет на табло».

Мычание Франка Рибери со всей очевидностью показывает, кто для него является самым близким на данный момент человеком

Так светлая, чудесная новость о том, как человек молчал 30 лет и вдруг заговорил, приобретает трагический характер. Ну потому что очень трудно поздравить Франка Рибери с такой близостью, с таким единомышленником.

Как хорошо идут дела в футболе! Помню, как в 80-х стоял в очередях за еженедельником «Футбол-Хоккей», нервно переминаясь с ноги на ногу – а вдруг сейчас передо мной кончится моя любимая газета. Раз в год любимая газета сообщала о том, кто выиграл приз «Золотой мяч». Короткими, в четверть маленькой страницы были эти сообщения. Потом они становились больше. На целый разворот, с фотографией именинника. С подробным отчетом, кому сколько голосов досталось. Потом «Футбол-Хоккей» потерялся в медийном буме конца 80-х. Люди с «Золотым мячом» стали цветными. Они помещались на центральном развороте специальных изданий. Их предлагалось повесить на стену. Потом случилось дело Босмана и все лучшие футболисты мира стали играть в Европе – премия «Франс Футбол» стала всемирной. В конце концов, видя к чему идет дело, «Золотой мяч» забрал у журнала ФИФА и превратил этот приз в то, чем он и является сейчас. Самой престижной спортивной премией планеты Земля, одним из самых обсуждаемых событий футбольного года с прямыми трансляциями, флэш-мобами на стадионах, бретельками, падающими с плеч дивы, и вдохновенной поножовщиной в интернете.

В эпоху телеграфа, телефона и черно-белого телевизора «Золотой мяч» исполнял простую и ясную миссию. Он напоминал человеку о принципах устройства молодой, еще отрочески нескладной футбольной цивилизации. О китах, на которых она стоит. В этом году был чемпионат мира, его выиграла вот такая команда, а ее лидером, звездой был вот этот парень. Сегодня в этом нет нужды. Невозможно, как не исхитряйся, увернуться от новости о том, кто стал чемпионом мира. И более того, финал Лиги чемпионов сегодня смотрит примерно тот же миллиард, что и решающий матч Кубка мира. У этих турниров есть свои жюри, свои золотые мячи, свистки и бутсы, которые чествуют тех, кто забил левым соском триумфальный гол. Сейчас самая большая проблема футбола – в его безумном цветении. В нем таится, зреет катастрофа перепроизводства. Футбол лезет отовсюду сущим сорняком, как мог бы сказать его ненавистник. Доступность футбола, о которой даже не могло мечтать поколение, помнящее «Футбол-Хоккей» – когда чемпионат Малайзии можно смотреть, сидя в избушке на Шпицбергене, – порождает сильнейшую зависимость, он разрушает семьи, карьеры. Он приводит многих к самоотрицанию. Зависимость, ее экспансия рождает стремление с этой зависимостью бороться. Для начала – хотя бы сознательно ограничить себя в потреблении футбола. 

Задача ФИФА в том, чтобы подавить этот протест. Держать мир и дальше на игле футбола. Что нарушает зарок смотреть не больше двух матчей в неделю? Какое-нибудь вирусное видео с участием парня, обыгравшего четверых на пути к воротам. Или гол, забитый с сорока метров. Гифка гуттаперчевого вратаря. И тут выясняется, что этот парень повторяет этот трюк примерно раз в неделю – к черту зарок!

Миссия «Золотого мяча» в том, чтобы короновать того, кто самым решительным образом побуждает человечество клевать на необязательные футбольные афиши. Что-нибудь вроде «Реал» – «Гранада». Это выбор того, кто сумел за отчетный год поставить магию на поток. Это определение УНИВЕРСАЛЬНОГО героя мира. Не в том смысле, что он все в футболе умеет (хотя Криштиану именно таков), а то, что его деятельность НА ПОЛЕ вызывает более или менее всемирное внимание.

Зачем же «Оскару» пририсовывать рожки и ножки капитана сборной Лесото по футболу?

Есть только один технический вопрос: в каких единицах измерять этот интерес? Проблема «Золотого мяча» кроется в устроителях премии. Их профессиональной психологии. Футбол – не Microsoft и не «Уралкалий». Его части приватизированы. Но в целом он никому до сих пор не принадлежит. Его сегодняшнее величие невозможно связать с одним именем или деянием конкретного человека. Люди, которые стоят во главе всемирной организации, ведающим футболом, не собственники игры (как бы это ни хотели представить конспирологи), а охранители. Вот почему ими движет, прежде всего, желание не навредить, а не порывы сделать еще в сто раз лучше.

Отсюда эта их пресловутая «слепота», упрямое нежелание заимствовать готовые модели, успешно работающие в другом мире. Я думаю, что их осторожность, над которой принято смеяться, – абсолютное благо для футбола. Но в случае с «Золотым мячом» стремление ФИФА изобрести велосипед выглядит слишком уж ненужным. Ведь это на «Оскар» и его телерейтинги смотрел Блаттер и товарищи, когда они решили забрать у «Франс Футбола» их знаменитую премию. Зачем же «Оскару» пририсовывать рожки и ножки капитана сборной Лесото по футболу?

«Оскар» – это экспертная премия. Основой ажиотажа, страстей вокруг нее составляет принцип решений академиков, наиболее точно совпадающий с рекламным слоганом журнала «Афиши» десяти, кажется, -летней давности – «Как скажем, так и будет». Никаких вскрытых бюллетеней для голосования. Никаких публичных оправданий академиков перед бушующей толпой. Обнародуются только суммы голосов. Кто может быть посвящен в старейшины – решать ФИФА. Тренер, игрок бывший, игрок действующий, судья, футбольный магнат, популярный блоггер или капитан сборной Лесото – почему бы и нет, если это выдающийся человек? Это обсуждение должно проходить кулуарно, как процесс составления списка судей на чемпионат мира по футболу.

Пусть Бельгия и Босния ссорятся по поводу своей квоты в академическом совете. Пусть на улицы Москвы выйдут спартачи с иконами Романцева, а ерники в ответ – с портретом Бышовца. Романцев так Романцев. Никаких проблем. Вернее, только одна – никакого минибара в номере гостиницы.

Это выведет дискуссию вокруг премии на сугубо локальный, детальный уровень и покончит со сколько-нибудь предметными обвинениями ФИФА в подтасовке результатов.

Мне было бы очень странно, если бы Лео Месси был награжден «Золотым мячом» за свой наполовину лечебный сезон. Но капитан сборной Лесото с его наивным монотеизмом не так страшен для футбола, как воинствующие зануды, вооруженные газзаевской формулой. Франк Рибери, целующий «Золотой мяч» (а почему, обьясните, кстати, не Лам, не Нойер? Мне, например, кажется, что лучшим в «Баварии»-2013 был парень с нарядным погоняловом Данте). Это не дай Бог! – как кричали ельцинские контрпропагандисты во время президентской кампании 96-го года.

Если бы счет был бы главным в футболе, то мы смотрели бы не Лигу чемпионов, а прямые трансляции из казино Монте-Карло

Многие великие открытия приходили к людям через века. Канонические романы, которыми сейчас школьники самозабвенно лупят друга друга по голове на переменах, часто десятилетиями пылились на чердаках домов наследников творцов этих романов. Но чаще даже – забывались сразу же после издания. Прозрения, открытия всегда покушаются на существующий порядок вещей. Они оскорбительны для современников. Части современников, во всяком случае.

Глупость же всегда обречена на мгновенный успех. Она легко усваивается, просто проговаривается. Ее кристальная прозрачность принимается за чистоту. Она безболезненна. Она признается не заразной. Глупость предельно демократична. Миллионы, десятки миллионнов людей на сотне наречий повторяют вслед за Газзаевым «Главное в футболе – счет на табло», совершенно не осознавая опасный масштаб этой циничной глупости.

К глупости принято относиться брезгливо. На нее машут рукой, не тратят времени и аргументов. Поэтому глупость триумфальна. Хотя в ней нет силы. Люди придумали тысячу инструментов, чтобы легко ее побеждать. Например, математику, физику, астрономию. Логику, наконец.

Счет на табло – не главное в футболе. И вовсе не самое красивое. Зрители футбола в отношении других спортивных представлений менее всего обращают внимание на табло. Мы всегда знаем счет. Он очень простой и маленький. И если бы счет был бы главным в футболе, то тогда ночами мы смотрели бы не Лигу чемпионов, а прямые трансляции из казино Монте-Карло. Сайта Sports.ru не было бы. Он назывался бы rusloto.ru и сюда никто бы не приходил. Что обсуждать? Счет на табло?

Единственное, что по-настоящему важно в футболе – это то, каким путем 22 человека приходят к этому скучнейшему счету. Табло футбола – самое кривое зеркало из всех существующих на Земле. В нем отражается 7 миллиардов истин. Именно поэтому футбол – игра №1.

Не повторяйте больше вслед за Газзаевым. Вас это не красит. И Франк больше не будет. Я не верю, что у него такой родственник.

Автор

Комментарии

  • По дате
  • Лучшие
  • Актуальные
  • Друзья