Блог Из первых уст

Вадим Деонас: «Фамилию можно раз в 5 лет менять. Может, еще стану Вадим Совиньон»

Зачем сменил фамилию в 28 лет, какова лошадка на вкус и можно ли ехать в Россию украинским игрокам, Андрей Федченков выяснил у экс-вратаря «Таврии» и «Арсенала», работающего во Львове.

- Вас, кажется, удивил мой звонок с просьбой об интервью, но вы не отказались. Почему в Украине большинство футболистов холодно относятся к СМИ?

– Тут два варианта: либо у человека менталитет советских времен, либо завышенная самооценка. У нас всегда умение себя «продавать» называли умением понтоваться. А продавать себя нужно. Сейчас уже не то время, когда говорили, что «у мамы три сына, двое умных, а один – футболист». Когда-то всем вдалбливали, что все должны быть одинаковыми, одинаково одеваться и так далее – а теперь мы шутим над Северной Кореей. Да, в Европе игроки считают общение с прессой частью своей работы. А нас кто учил? Совок. Мне немножко больше повезло, потому что я из Одессы, южного города, где немного другой менталитет.

Ну и кроме того, у любого действующего футболиста самооценка завышенная, это чистой воды безосновательные понты.

- Вы коренной одессит, но так и не смогли заиграть в «Черноморце». Не жалеете?

– Помните сказку «Премудрый пескарь» Салтыкова-Щедрина? Он жил себе тихонечко, пришла буря – спрятался и переждал, потом дальше жил. Я же наоборот. Хотел играть и зарабатывать деньги. Благо, отлично понимал, что футбол дает возможность заработать и при этом заниматься любимым делом.

Как-то, уже начав работать во Львове, ехал в маршрутке. Смотрю на людей: все такие грустные, утомленные, недовольные. Поймал себя на мысли, что я-то еду на свою любимую работу, которая дает мне не только моральное удовольствие, а еще и финансовые блага. Конечно, есть много футболистов, которые сидят и «косточку посасывают» – мол, не удалось заиграть. Я выбрал другой путь.

2 мая в Одессе погибли предатели Украины

- Что сейчас происходит в Одессе? Насколько «Черноморцу» там действительно опасно играть?

– В целом, думаю, что «разум когда-нибудь победит». Если вспоминать события 2 мая прошлого года, то тогда я ходил как больной, не зная, что там произошло на самом деле. А может, погибли нормальные люди, просто имеющие свои, отличающиеся взгляды? Но в определенный момент я понял, что там погибли предатели. Да, может по-божески так выражаться неправильно, но так и было. Они были предателями нашей страны, они не хотели жить в Украине или хотели жить в ней, однако по своим правилам. Конечно, так говорить жестоко. Сейчас же в Одессе более-менее спокойно.

- Есть ли среди ваших знакомых сепаратисты?

– Мои друзья – неглупые люди. Некоторые из них не поддерживали новую власть, да. Но сейчас они видят, что происходит в Луганске и Донецке. Очень надеюсь, им хватит ума посодействовать тому, чтобы Одесса этот путь не повторила.

Руслан Мармазов: «Чувствую себя частью «русского мира». В Украине меня слишком многое не устраивает»

- На ваших страницах в соцсетях много записей патриотического характера, в том числе в поддержку украинской армии. Сами бы пошли воевать?

– Я поддерживаю, получилось даже так, что я несколько раз был на майдане. Но пойти воевать… Опять, же мы уходим в политику, а здесь нет определенных правил игры. Непонятно, кто против кого, что и как.

- Хорошо. Говорим конкретно про украинскую армию.

– Украинскую – да. Я за Украину, за неделимую Украину, за одну Украину. Мы в прошлом году даже с командой ездили на полигон около Львова. Пообщались с теми, кто вернулся из зоны боевых действий, с теми, кто ждет, когда их туда отправят.

- Как футболисты «Карпат» к этому относятся?

– Все относятся очень патриотично. Основная часть игроков – украинцы, основной язык в команде – украинский, все отлично понимают нынешнюю ситуацию в стране.

- Повестки никому не приходили?

– Не знаю. Может, и приходили, но я о таком не слышал.

- Вам – нет?

– Нет, у меня же трое детей. Как поступлю, если придет? Пока не знаю.

Что делать тем, у кого нет других вариантов кроме России? Разве Лужный им поможет?

- Вы поиграли в Крыму и даже называли его своим вторым домом. Какова была ситуация тогда с местным сепаратизмом?

– Нет, тогда ничего такого не видел. Впрочем, люди живут стереотипно. Например, помните, у кого брали интервью после того, как Крым у нас отобрали? У бабушек, у людей совкового менталитета и образования. А то, что я говорил, что «Крым – мой второй дом», это потому, что везде, где играл, старался оставлять частичку себя.

Вкус лошадки, выбитый зуб, Россия

- Ходит такая байка времен вашей игры в «Таврии» под руководством Олега Федорчука. Мол, вы пропускаете мяч издалека. Федорчук вам: «Вадим, такие надо брать», а вы ему: «Ну купите себе Буффона». Через неделю приехал Виталий Рева, и вы прокомментировали его приход фразой: «Я же Буффона просил».

– Да, было такое. Моя резкость мне немного мешала. Тогда хотелось ответить с долей шутки, а получилось так, как получилось.

- Какие отношения у вас с Ревой, учитывая, что вы были конкурентами и в «Таврии», и в «Арсенале»?

– У нас нормальное общение было, насколько хватало у меня, и у него толерантности. По крайней мере, без открытого противостояния а-ля Кан против Леманна.

- Правда, что на одной из тренировок «Таврии» вы поругались и выбили зуб партнеру Павлу Каткову?

– Зуб, конечно, не выбил, но кое-что было. Паша Катков был чуть младше меня, наша команда пару раз пропустила, я ему сделал замечание, а он грубо ответил. Зуба выбитого там не было – так, потолкались.

- Подобные ситуации еще в карьере были?

– Нет, я же не боксер какой-нибудь.

У кумыса такой вкус, как будто с лошадкой поцеловался

- Во время вашей игры в России испытывали ли какие-то трудности на почве политики?

– Когда я там играл, никаких проблем не было, никаких «хохляндий» и тому подобного. Это все придумали политики. Одни: «У-у-у, я иду защищать украинский язык», там на востоке: «У-у-у-, я иду защищать великий и могучий русский язык». Политики играют на человеческих слабостях. А Лев Николаевич Толстой сказал: «Ты настолько человек, насколько ты знаешь язык». Давайте лучше прислушиваться ко Льву Николаевичу. Хотя он, конечно, тоже небезгрешен.

- Сейчас вы бы уехали в Россию играть или тренировать?

– Очень тяжелый вопрос. Увы, но к этому противостоянию стран мы начинаем привыкать. Лично я поддерживаю новую украинскую власть, но не вижу никакого улучшения жизни. Людям закручивают гайки, повышают ЖКХ и так далее. Пока для людей почти ничего не делают. Может это неправильно звучит, но в Россию я поехал бы зарабатывать деньги. Мою семью никто кроме меня кормить не будет.

И высказывание Олега Лужного о том, что уехавших туда украинских футболистов не надо пускать обратно, – это эмоции. Олегу Романовичу повезло, что своим талантом и трудом он смог заиграть в таких командах как «Динамо» и «Арсенал» и заработать немного денег. А что делать футболисту или любому другому человеку, если его страна не может ему обеспечить нормальную работу и жизнь? Кто будет кормить его семью? Увы, такого, чтобы пришел дяденька и просто так дал конверт с деньгами, не было, нет и никогда не будет.

Все люди выполняют свою работу. Вы пишете статьи и вам за это платят, а я хочу достичь определенного уровня в футболе, поэтому совершенно не осуждаю тех ребят, которые туда поехали. Что они будут делать, закончив карьеру? Разве Олег Романович им тогда поможет? Он же не поделится своими деньгами, потому что он их заработал своим тяжелым, максималистским трудом.

- А есть ли выбор сейчас у футболистов? Скажем, условный Бутко уехал в Россию, потому что больше не было работы?

– Бутко я лично не знаю, но чисто по-человечески мне его жалко. После стремительного взлета в карьере у него началось падение, поэтому переход в «Амкар» для него – новый вызов. Можно еще вспомнить Толика Тимощука. Что его из «Зенита» в сборную не вызывать? Это лидер национальной команды, сыгравший в ней чуть ли не больше всех матчей. Нельзя переходить в политику, нас начнет заносить не туда, куда надо. Надо, как муравьям, каждому делать свое дело.

Новая фамилия, Playboy, судьи

- Почему в 2003-м году Вадим Винокуров стал Вадимом Деонасом?

– Поверьте, ничего криминального не было. Люди говорили, что я поменял фамилию, потому что мне надо было свободным агентом уйти из «Торпедо-ЗИЛ», но уже тогда УЕФА принял закон, согласно которому игрок, у которого заканчивался контракт, мог переходить в другую команду без компенсации.

- Если ничего криминального нет, то почему бы не рассказать?

– Не хочу и все. Можно придумать какую-то историю. Давайте скажем, например, что у меня появилась возможность получить наследство. Можно еще одну: я один из наследников греческих королей и претендую на остров греческого архипелага. Вот только еще не определился, на какой остановиться. На самом деле, все намного проще, чем можно себе представить.

- Может, вам просто фамилия Винокуров не нравилась?

– У меня что Винокуров, что Деонас связаны с вином. Так что глобально ничего не изменилось.

Говорили, что я поменял фамилию, чтобы перейти свободным агентом – но это неправда

- Как отнеслись друзья и родственники к этому решению?

– Фамилия Винокуров точно не исчезнет. У меня старший брат ее носит, и сын его тоже. А так еще и фамилия Деонас будет. Конечно, многие с удивлением отнеслись, ведь изначально об этом знали только моя мама и жена. Например, когда я приехал в Казахстан, там было много ребят из Одессы. Тренер представляет меня и говорит: «Это Вадик Деонас». У многих сразу знак вопроса на лице.

Был еще один интересный случай. Мой бывший партнер Саша Куртиян, с которым мы вместе в «Торпедо» выступали, работал спортивным директором в молдавском «Зимбру». Звонит как-то мне Куртиян, говорит, что у него тут сидит тренер из Украины Александр Севидов. Я Владимировичу, естественно, передал привет. И тут Куртиян говорит Севидову: «Вам привет от Винокурова», а Севидов ему: «От Деонаса». И я в трубку слышу, как они спорят, кто все-таки Севидову передает привет.

- Больше фамилию менять не будете?

– Кто его знает. По закону Украины ее можно каждые пять лет менять. Быть может, в один день стану называться, например, Вадим Совиньон или Вадим Кагор!

- В «Арсенале» вы вместе с партнерами снялись для клубного календаря с моделями журнала Playboy.

– Жена отнеслась с пониманием. Сфотографировались, память будет. Помню, тогда приехали люди, мы построились и из нас выбирали. Были, конечно, забавные случаи. Дима Парфенов, которого в ванне фотографировали, просидел в ней минут сорок-пятьдесят. Ему постоянно подливали горячую воду, чтобы он не замерз. Уже после этого как-то звонил товарищу в Россию, чтобы поздравить, и тут он говорят: «Вадим, у меня есть мечта: сфотографироваться в Playboy». Я говорю: «Ну ты-то откуда знаешь?!».

- Сейчас бы согласились на такое?

– Да кто бы меня сейчас позвал?!

- В «Арсенале» вы работали с Заваровым. Каков он как тренер и человек?

– Он демократичный. Хихи-хаха с пацанами. Хотя очень требовательный. Тренер должен быть разный: иногда улыбнуться, иногда отвернуться, сделать вид, что что-то не увидел или не услышал. Ну и уметь «взять за горло».

- У вас как-то было желание взять номер, который обычно носят полевые игроки.

– Когда в «Арсенал» Рева пришел, ему дали первый, а я хотел взять 7-й или 10-й. Но под седьмым тогда играл Мизин, это было нереально, десятый тоже, кажется, занят был. Я даже не помню, зачем хотел этого.

- Правда, что футболисты редко читают свои контракты?

– Обычно читают зарплату и дату окончания. Это тоже своего рода советский менталитет, люди из Европы обычно с юристами приезжают. Разные ведь и руководители бывают, кто-то надежный, кто-то нет. Есть вот один человек, при виде которого у меня руки дрожат, хочется за горло схватить.

- Когда вы пришли в «Ильичевец», тогдашнего вратаря команды Игоря Бажана обвинили в принятии допинга. Сталкивались когда-нибудь с таким?

– Игорь, насколько мне известно, вообще просто принимал таблетки от головной боли. Мариуполь-то город не самый чистый, он туда приехал, голова разболелась. Принимал ли кто-то из партнеров допинг? Кофе да Red Bull разве что. Собственно, какой смысл принимать допинг, играя в «Ильичевце»? Это есть смысл делать, играя в Лиге чемпионов, на высочайшем уровне. То есть это, конечно, неправильно, но хотя бы понятно, ради чего рисковать.

- Вы немало лет провели в украинском футболе. Есть ли в нем договорные матчи?

– Я в них ни разу участия не принимал. Раньше были, сейчас, наверное, уже нет. В футбол пришли люди с деньгами, амбициями. Даже если кто-то что-то такое раньше делал, то так, что и комар носа не подточит.

Отношения футболиста и судьи – это как будто пьяный милиционер пристал к твоей девушке

- А с судьями «работают» команды?

– Наверное, да. Я считаю, судьи у нас тоже должны пройти люстрацию.

- Это правда, что в Казахстане у вас возникла драка с судьей в подтрибунном помещении?

– Сразу и не вспомню. Но судей я недолюбливал. Да и сейчас недолюбливаю. Но до рукоприкладства не доходило. Если бы я в бытность футболистом ударил судью, то мне бы впаяли приличную дисквалификацию – такого не было. Но повторюсь, я судей недолюбливаю. Вообще, отношения футболиста и судьи можно сравнить с ситуацией, когда пьяный милиционер пристал к твоей девушке, а ты его ударил. Вроде ты все правильно сделал, защитил свою девушку, но он так или иначе представитель закона.

Хотя среди судей есть нормальные ребята – Игорь Ищенко, например, с которым можно было пошутить, притравить как-то. Сейчас же большинство судей с короной ходят по полю, слово им нельзя сказать. Почему они стали такие заносчивые и все себе позволяют? Как говорится, безнаказанность порождает беззаконие.

- Что-то удивило вас во время выступлений в Казахстане?

– Для начала, в то время каждый приехавший туда иностранец должен был в местной федерации сдавать различные тесты. Потом в команде перед началом чемпионата барана зарезали, окропили его кровью. Кумыс и и шубат пил – это кобылье и верблюжье молоко, достаточно приятное на вкус. У кумыса такой вкус, как будто с лошадкой поцеловался, а на аромат надо нос закрывать. А шубат – такой кефирчик с газиками.

Что до футбола, то да, там была весьма слабая инфраструктура, но ведь и я приехал не из Германии. Команда была, которой я соответствовал.

Деньги, сигареты, «Карпаты»

- В каком из ваших 18 клубов были лучшие финансовые условия?

– В киевском «Арсенале».

- А худшие?

– Сложно сказать, все же нужно соотносить к экономической ситуацией на тот момент. В любом случае, футболист редко бедствует. Сейчас вот ветераны говорят, мол, у них во время Советского Союза не было таких зарплат, как сейчас. Но они все равно пользовались определенными преимуществами: «Волгу» купить без очереди, за границу поехать, премии разные и так далее.

- Доводилось ли вам отказываться от финансово выгодных предложений во имя каких-то принципов?

– Да, было: мне позвонили, предложили, но я сказал, что уже пообещал другим людям. Потом пожалел, однако на тот момент я слово свое сдержал.

- Вадим Деонас, говорят, выступает против курения. Это так?

– Безусловно. Курить – плохо. То, что в «Одноклассниках» с сигарой сфотографирован – это просто понты. И пить плохо. Сейчас футболисты увлекаются по большей части виски – это стало модным. Употреблял ли я что-то во время игровой карьеры? Бывало, да. Пиво в основном. Хотя, повторюсь, – это плохо.

- А как тренер как относитесь к этому по отношению к подопечным?

– Негативно, конечно, но если я сейчас кого-то из ребят увижу за таким, то не побегу стучать главному тренеру или руководству. Скажу ему «ай-ай-ай, так нельзя». Впрочем, если футболист хочет курить или пить, то это не поможет. Да и вообще воспитательные меры не помогут. Надо просто понимать, что это вредит твоим перспективам.

Нужно стремиться заработать деньги и попробовать все это

Как говорили тренеры во времена моей молодости: «Ребята, ваша бочка подождет, еще успеете к ней присластиться». Есть масса других увлечений и способов расслабиться: путешествия, музеи, культура, музыка. В мире куча всего прекрасного и интересного. Нужно стремиться заработать деньги и попробовать все это. Наличие денег позволяет ни от кого не зависеть. Приятно же одевать качественную одежду, ездить на дорогой и хорошей машине.

- Есть ли в «Карпатах» сейчас футболисты, нарушающие режим?

– Точно не могу знать, но думаю, нет. Мистер, то есть Йовичевич, практикует «семейный» подход в команде. Выезды разные на природу вместе с семьями футболистов. У нас очень дружный коллектив, поэтому видно, что игрокам вряд ли даже хочется режим нарушать.

- Почему «Карпаты» идут на последнем месте?

– Если бы я знал ответ на этот вопрос, то, наверное, мы бы там не шли. Есть проблемы с реализацией моментов, надеюсь, скоро они будут устранены.

- Почему на «Карпаты» ходит меньше людей, чем на «Шахтер»?

– Это уже маркетинг, не моя сфера. Я же не могу прийти и сказать компетентным в этих вопросах людям: «Ты и ты – вы делаете не так». Наверное, у «Шахтера» есть деньги, чтобы организовывать лучшие акции по привлечению болельщиков, чем это делают «Карпаты», считающие каждую копейку. Впрочем, я не считаю, что наш клуб не работает. У нас тоже различные акции для фанатов проводятся.

- «Карпаты» – один из наиболее скандальных клубов в Украине. Все эти скандалы с футболистами…

– А кто из нас без греха?

- У «Карпат» этих грехов чуть ли не больше всех.

– Поверьте, мне самому хочется работать в идеальном клубе. Вот как в детском футболе, где у нас условия идеальные. Я думаю, клуб в целом к этому идет.

- Вы тоже с «Карпатами» связаны контрактом. Не боитесь, что в один момент у вас начнутся юридические проблемы?

– Конечно, боюсь. Тем более, что футболисты гораздо лучше защищены, чем тренеры. Я работаю здесь, получаю удовольствие, клуб мне оплатил получение лицензий, за что я ему благодарен. Хочется здесь достичь чего-то глобального.

- Дедышин – человек принципа?

– Когда общаюсь с Игорем Михайловичем, то вижу, как у него горят глаза «Карпатами». Тем не менее, не один он управляет командой.

- Имеете в виду, что ему кто-то мешает работать?

– Как и в любом городе, есть свои недопонимания, свои завистники. Со стадионом проблемы, если помните. Впрочем, я о Дедышине вряд ли много могу нового рассказать. Я соблюдаю субординацию и вот так, как мы с вами, кофе с ним не пью.

Сторожевой «Криївки» снова: «Гасло?!». Симферополец опять: «Добрый день»

- Историю с футболками об армии перед матчем с «Шахтером» назвали провокацией «Карпат». Что вы думаете об этом?

– Насколько я знаю, ребята из «Шахтера» не надели эти футболки, потому что у них на Донбассе остались семьи и родственники. Может быть, ими это бы не воспринялось правильно и адекватно. Не вижу смысла эту ситуацию раздувать.

- «Карпаты» же сами, в первую очередь, это делали.

– Из любой проблемки можно раздуть проблему. Клуб предложил сделать, потому что видит ситуацию так. Надо понимать, что там тоже люди. «Карпаты» это на фоне патриотизма предложили, те – отказались. Ничего страшного. Зачем это раздувать? «Карпаты» вообще много чего делают для армии: и бронежилеты покупали, и к раненным бойцам ездили.

Танцы на костях. Почему «Карпаты» перешли черту

- Вы сейчас работаете в «Карпатах», где вас все устраивает. Домой в Одессу на постоянно когда-то вернетесь?

– Дом футболиста и тренера – там, где его работа. В Одессе у меня семья. Обидно, конечно, что дети растут без папы. Тем не менее, я считаю, что мужчина должен работать. Сидеть дома на диване и рассказывать, мол, «я такой хороший специалист, а все дураки, меня не берут» – это неправильно. Если надо, я готов ехать в первую или вторую лигу. Работать – важно.

- Сам Львов вам нравится?

– Да, он открылся для меня с совершенно новой стороны. Всех сюда зову, тут столько колоритных заведений. Как-то раз знакомые судьи из Симферополя, приехав во Львов на матч, пошли в «Криївку». На входе у них, как обычно, спрашивают «гасло». Этот парень из Симферополя говорит: «Добрый день». Сторожевой вмиг автомат передернул, а у ребят лица аж белыми стали. Сторожевой снова: «Гасло?!». Тот опять: «Добрый день». Но ничего, в конце концов, таки пустили.

Фото: fpl.ua/sctavriya.com/Арвідас Шеметас, shakhtar.com/Анатолій Черкаський, fcdnipro.ua/Сергій Козін, fckarpaty.lviv.ua.

Автор

Комментарии

  • По дате
  • Лучшие
  • Актуальные
  • Друзья