Блог Отважный репортер

Юлия Джима: «Слух о романе запустили те, кому мешало мое или Велепеца присутствие в команде»

О конфликтах в сборной, отношениях с Велепецом и Олимпиаде – в интервью Даниилу Вереитину.

Конфликты, Олимпиада, тренировки со Словенией

- На этой неделе было объявлено, что вы не завершаете карьеру. Почему вообще зашла речь, что вы не собираетесь выступать дальше?

– Не знаю, почему именно так это было подано в прессе. Я сказала, что, скорее всего, это был последний сезон для меня. Конкретики, что я завершила карьеру, не было. Как я понимаю, все думают, что это было сказано на эмоциях. На самом деле, после всего, что произошло зимой и сколько всего было сказано, я понимала, что, наверное, уже хватит всего этого.

- Что именно происходило в команде на Олимпийских играх?

– Если честно, я не знаю. Я ни с кем внутри не общалась, нехорошо себя чувствовала и особо не вникала во все происходящее. Все, что мне нужно было – кушать, спать, отдыхать и максимально готовиться к гонкам. По-другому я бы просто не добежала.

- То есть внутри команды вы после Игр не обсуждали, что произошло?

– Мне кажется, было бы некорректно сейчас про это говорить. Да, конфликты были, и это не новость. Но я готова говорить только о себе, но не о команде в целом.

- Хорошо. Сейчас нашли компромиссное решение – вы будете готовиться со сборной Словении. Почему именно так и какая в этом роль Уроша Велепеца?

– Буквально на днях я пообщалась с Владимиром Брынзаком, и он мне предложил вариант тренироваться с Урошем в составе сборной Словении. Я не знаю, почему начали говорить, что это были мои условия (в комментариях много кто писал так). Мне предложили вот такой вариант. Для меня это попытка попробовать понять, что было не так. Если мне, отдаляясь от коллектива, будет комфортно, то значит, причина в коллективе. Если же мне все равно будет некомфортно, тогда причина во мне. Это нужно понять для себя.

Почему только Словения? Вариантов тренироваться с другими командами, а выступать за Украину, нет. Плюс я доверяю Урошу в плане тренировочного процесса, а это, как мне кажется, основное в подготовке спортсмена. Отработав с ним три сезона, понимаю, что каждый год был прогресс, надеюсь, что так и буду продолжать подниматься только вверх. Поэтому я пока не вижу смысла менять тренировочную систему кардинально. Это самый оптимальный вариант сейчас. Я так подумала, все взвесила и решила попробовать.

- Означает ли ваше решение продолжить карьеру, что вы готовы идти на еще один олимпийский цикл? Или на данном этапе это переходный период?

– Я думаю, что мне нужно сейчас разобраться в себе. Насколько я готова продолжать. Вообще, я настраиваюсь на целый цикл, но стараюсь не планировать и не забегать наперед. Потому что только что-то запланируешь, как все идет не так. В этом сезоне я готовилась целенаправленно к Олимпийским играм. Что вышло – сами видели. Поэтому сейчас не строю больших планов.

- Владимир Брынзак с самого начала сезона акцентировал внимание на том, что команда должна выйти на пик формы к Олимпийским играм. На ваш взгляд, в чем главные просчеты тренерского штаба в подготовке к Пхенчхану?

– Факторов было много. Они не глобальные, но всего по чуть-чуть – и вот тебе итоговый результат. Я не знаю, какой план был у тренеров, как они видели ситуацию. Сколько людей – столько и мнений. Я думаю, что главная проблема – моральное состояние, будто мы уже с медалью и должны вернуться с ней. И вот это «должны» больше всего эмоционально и ударило. Это первый аспект. Второй – погода. Она для нас была совсем не в плюс, а очень даже в минус, играла против нас.

По всей команде я не могу комментировать. Могу только себя анализировать. Моя проблема в том, что как только я начинаю выходить на пик, то сразу заболеваю. В прошлом сезоне я разговаривала и с тренером, и с докторами. Пыталась найти правильный вариант, как мне выйти на пик формы и не заболеть. В прошлом году мы попробовали немного по-другому набирать кондиции, но на пик формы я так и не вышла. Сезон отбегала на грани. А в этом году у меня не получилось. Не скажу, что была на пике, просто только начала набирать форму, как тут переезды-перелеты, аэропорты, большое скопление людей, а там и инфекцию легко подхватить.

В Пхенчхане планировали, что я буду стартовать всю программу соревнований, но мороз сыграл свою роль – когда такая температура (учитывая, что был сильный кашель, а мороз его только усиливал), то ты не можешь себя нормально чувствовать, так как до конца еще не выздоровела. Мне было тоже тяжело принимать решение, но я посчитала, что лучше уступить свое место в спринте, чтобы не было «сам не гам и другому не дам». Мне было тяжело еще и потому, что все на меня наседали и говорили все равно бежать эту гонку. А я реально понимаю, что окей, я буду, например, шестой, если очень выложусь, а на ОИ важны только первые три места. Соперники пребывали в шикарной форме, поэтому за медали бороться было бы сложно. Я решила подготовиться целенаправленно к индивидуальной гонке, но два промаха в том состоянии – это очень много.

- Говорят, что участие в Рождественской гонке в Гельзенкирхене было для вас лишним. Это так?

– Я так не считаю. Просто у нас есть стереотип , что якобы все, кто участвовал в этих гонках, проваливали оставшийся сезон или начинали болеть. Я это не связываю. Хорошо, Бесконд тоже там была, и это ей не помешало стать олимпийской призеркой. Мне же участие в этой гонке очень понравилось. А с другой стороны, тоже интересно – если бы я сейчас решила завершить карьеру, то было бы обидно, что ни разу не поучаствовала в Рождественской гонке.

Велепец, Прокунин, Брынзак

- Слухи о ваших очень близких отношениях с Урошем Велепецом имеют под собой реальную почву?

– Можно и из мухи сделать слона. Впрочем, как я вижу, так и получилось. Я не вижу смысла комментировать это все. Пусть каждый воспринимает это как считает нужным. Что бы я ни сказала, у каждого будет своя правда. Я знала, знаю и убедилась только в том, что недоброжелателей у меня хватает. Кому-то было это все выгодно, нужно?! Понимаете, когда не могут тебя превзойти на деле, начинают плести закулисные интриги и отсюда возникают сплетни.

Мне кажется, эти какие-то личные обиды и есть причиной всех этих слухов и сплетен. Я давно с командой тесно не общаюсь. Я не из тех людей, которые будут просто улыбаться и молчать. Если мне что-то не нравится и неприятно, то я обязательно об этом скажу. Многим это не нравится. Потом начинает нарастать какая-то ненависть. Я не собираюсь ни для кого быть объектом симпатий. Я не стодолларовая купюра, чтобы всем нравиться. Я работаю на результат и борюсь только с собой, хочу доказать себе, что могу большего. За столько лет в команде, мне много чего не нравилось, но в плохом свете я никогда ни о ком не говорила. Почему это сейчас вылилось на меня – не знаю.

Больше крутых текстов Tribuna.com – в Telegram

- Какой была ваша первая реакция, когда эта информация получила публичный характер?

– Конечно, я была шокирована. Я вообще не поняла, зачем и почему это сделано. Потом мне предлагали опровергнуть это, но я не видела смысла. Если это запустили, значит, это кому-то было нужно.

- Как вы думаете, кому?

– Я считаю, это было нужно тем людям, которым мое или Уроша, или нас обоих (так как в период его работы с командой у меня явно выросли результаты) присутствие в команде мешало. Поэтому я сделала вывод, что мне проще вообще уйти, чем оставаться в этом коллективе.

- У женской сборной Украины будет новый тренер – Андрей Прокунин. Вы с ним знакомы? Что можете сказать о его методике?

– Конечно, мы знакомы. Во время сезона мы все между собой общаемся. По методике я не могу сказать что-то определенное, ведь я с ним не работала. То, что я видела по девчонкам, в частности, по Ане Фролиной, то она очень прилично выглядела и пребывала в хорошей форме. Поэтому, думаю, что он толковый тренер и поможет украинской команде побороться за высокие места.

- Вы с Брынзаком, вообще, в каких отношениях?

– В деловых, рабочих.

- Он производит впечатление очень темпераментного человека. Конфликты были?

– Когда ты работаешь в такой сфере, как ты можешь не конфликтовать? У меня характер непростой. Я из тех людей, которые настаивают на своем или делаю по-своему, поэтому часто тоже нарываюсь на конфликты. Когда стоит задача добиваться результатов и идти к какой-то цели, то конфликты и недопонимание появляются все равно. Тем более, когда вы работаете вместе столько лет. Также и с тренерами, и с девочками. Да и со всеми. Просто есть конфликты, которые можно решить, а есть те, которые не регулируются. А вообще он очень много делает для украинского биатлона, как по мне, то если бы не Владимир Михайлович, не было бы на сегодняшний день у нас такого вида спорта.

Бойкот РФ и отдых

- Не поехав на заключительный этап Кубка мира, вы ведь потеряли рейтинговые баллы и место в десятке общего зачета. Оправдано это решение?

– Не хотела бы это комментировать. Это политика, другие вещи. Для меня, как спортсмена, ситуация неприятна. Как для человека и гражданина – я все понимаю. Поэтому, когда нам озвучили это решение, никто не возражал.

- Сейчас в Украине есть несколько перспективных биатлонисток, которых потихоньку подпускают во взрослую сборную. Кого из них вы видите в первой команде уже в предстоящем сезоне?

– Вообще, они почти все уже в составе взрослой сборной. Я думаю, что для них все возможно. Нельзя сейчас говорить про то, кто займет место в основной пятерке, сезон длинный. Сейчас у тебя может быть спад, потом прогресс. Или функционально ты себя неважно в этом году чувствуешь. Или не дай бог, какие-то травмы. Поэтому я думаю, что все из них могут ярко о себе заявить во взрослой сборной. Если человек тренируется и выполняет поставленный объем работы, понимает для чего это,то все в его руках.

- Для вас сезон завершился немного позже – был еще один старт 8 апреля. Вы успели как-то набраться сил и восстановиться после сложного цикла?

– Вы знаете, мне сложно сказать. У меня такое чувство, что я вообще никогда не восстанавливаюсь после сезона, а сразу начинаю следующий. Наверное, я не совсем понимаю, что такое восстановиться после сезона. Это либо пройти какой-то курс лечения, либо отправиться на отдых. Но меня все спрашивают, восстановилась ли я, а я вот как-то не до конца понимаю, в чем заключается восстановление.

- Впереди летние сборы. Как обычно вы проводите этот этап подготовки? На что обычно ставится акцент?

– Бывает по-разному. Ну, смотрите: зимой мы особо не тренируемся так, как очень насыщенный график соревнований. Основной фундамент закладывается летом. Все, что летом ты натренировал, потом отображается зимой. Заключительный этап подготовки – это вкатка, средина осени.

- Насколько комфортные условия для подготовки в Украине? Что хотелось бы улучшить?

– Однозначно, улучшать нужно популяризацию спорта. К сожалению, у нас в социуме это не заложено. Если посмотреть на европейские страны, у них спорт – это престижно и элитно. А у нас уделяется мало внимания. Даже если ребенку говоришь: «пойдем, погуляем», то попробуй его оторви от гаджетов. Насколько мне известно, у нас планируется строительство базы в Буковели. Я слышала, что это будет база европейского уровня, надеюсь, что все получится. На данный момент у нас нет полноценных комплексов, где были бы хорошие трассы в плане рельефа и, конечно же, асфальта, что очень важно в период летней подготовки. 

- Кто вас больше всего впечатлил в минувшем сезоне?

– Затрудняюсь ответить. Кузьмина? Это было предсказуемо, она очень титулованная спортсменка так же, как и Домрачева. Дальмайер? Ожидаемо.

- А кто больше всего облажался?

– Я (смеется, – прим.Tribuna.com). Ну, вообще, мне понравились шведки – они действительно очень прибавили. Отмечу и мужскую команду – они были крутыми в эстафетах. В этом году они показали прогресс. На сборах, когда я видела, как они тренируются, я понимала, что конкуренция будет хорошая. Они очень сплоченные и мотивированные. Эта команда в целом меня впечатлила.

Российский допингист возглавил женскую биатлонную сборную. Кто он такой

Фото: страница Юлии Джимы в Facebook, biathlon.com.ua

Автор

Комментарии

  • По дате
  • Лучшие
  • Актуальные
  • Друзья