Блог Интернет vs Бумага

Артем Франков: «Я пытаюсь менять концепцию «Футбола» – но народ же такой консервативный»

Зарплата от Суркиса, самоцензура во имя Евро-2012 и будущее украинских газет – блог «Интернет vs. Бумага» пообщался с главным редактором еженедельника «Футбол».

— Если мы говорим о журналистике будущего поколения, то имеем в виду журналистику через интернет. Вы согласитесь с этим тезисом?

— Сложно сказать. Думаю, хоть и в небольшом сегменте, но периодика, то бишь печатная продукция, все-таки останется. Оперативность, безразмерность, многовариантность, технологичность — это я о козырях, которые в руках сети. Тем более, и наше сознание постепенно меняется: такие 43-летние «динозавры», как я — отмирают, а молодежь уже ничего другого не представляет. Хотя… Я все-таки рад, что есть молодые ребята, которые читают «Футбол». Видимо, их правильно воспитывают; вот мои дети, например, до сих пор кричат «Ах!», завидев хорошую книгу. Поэтому к какой-то гармонии мы придем. Дело в том, что если посмотреть на Запад, который нас значительно опережает, то все-таки печатный сегмент СМИ не умер, кроме того, интернет распределяет свои усилия по поглощению конкурентов: ему же не только печать надо съесть, но и телевидение! Поэтому могу вас заверить, что я не буду единственным пострадавшим в результате технического прогресса.

— Мне всегда интересно заглядывать в исходные данные изданий, так вот вопрос: 99 тысяч — это реальный тираж «Футбола» или не более чем красивое сочетание цифр?

— Я, честно говоря, давно не проверял, какой же у нас тираж, поэтому договоримся так: не давая точный ответ, поскольку, в принципе, такие вопросы через юридический отдел решаются, скажу, что «Футбол» был и остается на протяжении полутора десятка лет прибыльным изданием.

— Даже так?

— И это главная наша задача: мы — коммерческий проект. В частности, довольно экономны в своих расходах.

— Сколько у вас человек работает?

— Посчитаем: Франков, заместитель у меня Андрей Шахов, Александр Гапоненко, Евгений Панкратов, Валерий Пригорницкий, Александр Фришко, Сергей Бабарика, который работает из родного Кременчуга, Игорь Яслик, находящийся в Кривом Роге, Сергей Шевченко из Харькова.

— Семен Случевский?

— Он не в штате. Также двое верстальщиков, водитель. Остальные же структуры выведены вовне: понятно, что в УМХ есть директор группы спортивных изданий, финансовая служба, отдел реализации. Чтобы легче было понять, то представьте тренера-менеджера и просто тренера. Вот я просто тренер, отвечаю за буковки, более того — скажут, что здесь должна появиться реклама, и я уже не имею права голос повышать.

— Несколько месяцев назад Киевом прошел слух, будто журналисты «Футбола» были вынуждены пойти на снижение зарплаты…

— Неправда.

— Неправда?

— В «Футболе» ничего подобного не было. По коллегам отвечать не буду…

— Вы говорите, что ваше издание прибыльное. Как считаете, в Украине еще есть прибыльные печатные СМИ?

— Хороший вопрос… Спортивные или в целом?

— Спортивные, конечно.

— Думаю, что нет, но доказать не смогу. Следует отвечать за свой участок.

— «Команда»?

—  Здесь давайте так: сейчас это издание находится в состоянии реформирования. Вот переживут они эпоху перемен, я спрошу, как у них с финансами.

— «Украинский футбол», «Спорт-Экспресс»?

— Скажем так, я не видел цифр, никакой документации, но примерно могу сопоставить расходы и доходы — то есть деньги от продажи тиража и деньги от рекламы. И это сопоставление будет не в пользу спортивной периодики. Кстати, насколько мне известно, то сайты iSport.ua и Football.ua, входящие с нами в одну группу, по крайней мере себя окупают. А, думаю, не сильно залезу в полномочия акционеров, если скажу, что они хотят меньше тратить и больше зарабатывать. Где-то посередине и существуют наемные рабочие, то есть редакция «Футбола», за которую я и отвечаю.

— Окей. Если говорить о собственно творчестве, для вас принципиальна разница между блогерством и журналистикой?

— Уже нет. Вместе с тем есть юридическая разница, ведь, насколько мне известно, у нас интернет вообще на птичьих правах, не считается СМИ. На мой взгляд, вести популярный блог — это такая же работа в СМИ, эти труды оплачиваются, официально или неофициально — другой вопрос. Я, например, в качестве общественно-полезной нагрузки веду блог на iSport.ua. Ранее опять-таки для своего удовольствия активно писал в Livejournal, вел конференцию…

— iSport — это все-таки сайт УМХ, поэтому вы там случайно не добровольно-принудительно?

— Ой, нет, более того, всегда могу от него отказаться, часто такое настроение и находит – особенно когда достают. Ну, что такое сейчас мой блог: узкий круг посетителей, которые буквально несколькими предложениями реагируют на пост, после чего переходят к обсуждению проблем педерастии в Европе, фашизации нашей страны и обмену опытом по распитию качественных сортов пива.

— Интересно у вас, блин!

— (Смеется). Да, но смысл быстро теряется. Я вот сегодня (31 мая. — Р.Б.) выставил пост о том, что у «Кривбасса» отбирают аттестат. Его немного пообсуждают, а дальше зайдет вечером народ и получит свое удовольствие… С одной стороны, мне смешно, с другой, особенно, когда в дурном настроении, остро понимаю, что от блога на самом деле пользу какую-то получать надо… Скажем так: в чем существенное преимущество печатного СМИ над электронным? У нас нет троллинга!

— Это преимущество?

— Все в жизни имеет белую и черную сторону: Интернет непревзойден обратной связью, одновременно ужасен анонимностью и троллингом. …Ну я и сам могу потроллить, но иногда хочется получить информацию, пообщаться с кем-то умным, взамен же получаешь черт знает что.

— Александр Денисов как-то сказал моей коллеге, что ему, в принципе, плевать, что там пишут в комментариях о нем.

— Неправда. Я, конечно, понимаю, что у нас особо прочная карма и особенно толстая кожа, но при всем уважении к Саше… Ладно, пусть он за себя отвечает, но все равно не верю, что его невозможно пробить. Просто каждый из нас сформировал круг личностей, пусть даже виртуальных, мнение которых мы ценим.

— У вас круг-то этот очень широк?

— …Ну, я, как и Саша, работаем над собой, чтобы быть менее чувствительными к таким вещам. Поймите, даже если вам просто перезвонят на мобильный и скажут: «Сдохни, скотина!», то, думаю, настроение в любом случае подупадет.

— Вернемся на шаг назад. Все-таки, на ваш взгляд, колумнистика в Украине…

— Да, закончу эту тему. Блогерство активно наступает. Если не считать нескольких законченных идиотов и графоманов, которые чему-то учат в интернете, прочитав две книги, то это явление очень и очень перспективное. Не случайно в развитых странах блогеров пытаются как-то «окутать», управлять ими. В Украине это еще впереди, ведь у нас интернет, считаю, еще хаотический.

— Ваши редакционки в «Футболе» мне очень напоминают именно блогерство…

— А я, возможно, инстинктивно и начинал как блогер. Ну, что такое блогерство? Есть формальный признак: человек ведет дневник в интернете, пишет о чем угодно. И, понимаю, что под настроение в «Футболе» могу написать и о политических проблемах, и о бизнесовых, и еще о чем мне там приспичит высказаться и что, как я считаю, может раздразнить, завести читателя. К примеру, когда увидел в блоге Акунина явственную фигню о Бонапарте – господин Чхартишвили прочитал книгу исторических анекдотов какого-то бритта и позволил себе рекламировать эту мерзкую писульку, я выступил: «Господин Акунин лучше бы писал о японцах, видимо, он в них лучше разбирается. А вот в Бонапарте — не факт»… Понятно, что где Акунин и где я, зато совесть моя как-то чище — вдруг хоть пару человек меня прочитало и как-то подкорректировали свое мнение! Когда я в 1997 году совершенно случайно пришел в «Футбол» и сразу на должность и.о. главреда, сказал себе, что не большой я специалист в футболе, никогда им не буду, потому что не играл, не тренировал и т.д., истинно глубинного понимания процесса у меня тоже никогда не будет (правда, не факт, что оно и надо), а потому я должен разговаривать с читателями на их языке, одновременно пытаясь как-то приподнять их уровень — благо по определению чуть более сведущ, нежели среднестатистический болельщик. Вот этим и занимаюсь.

— Это логично: СМИ как минимум не имеют права опускаться до уровня среднестатистического потребителя.

— Да, я даже считаю, что мы должны дать читателю нечто большее, чем элементарную футбольную эрудицию. Сверхзадача — заставить думать, чтоб мозги не атрофировались.

— Вот, на мой взгляд, печатные спортивные СМИ «по-украински» застряли где-то в прошлом. Те же отчеты…

— Поверьте, понимание того, что нужно, на самом деле и не очень помогает. Все само по себе изменится. Ну, во-первых, новостная журналистика как таковая умерла, многие наши коллеги вообще отрицают существование журналистики — в классическом ее понимании — в современном мире. Ибо понятие новости если и не умерло, то свелось к пребыванию новостей в информационных лентах агентств. Нынешняя «журналистика» зачастую сводится к тому, что ты пошел на пресс-конференцию, послушал, и если тебе интеллект позволяет, то подал ее в достаточно читабельном виде, а нет — вывалил стенограмму, мол, читайте самостоятельно, соображайте себе. Также журналистика имеет другую оригинальную сторону: то или иное лицо подать в интервью лучше, чем оно есть на самом деле… Ну, а кому интересно читать односложные мычащие ответы? Мало таких футболистов, разве?

— А кому интересно читать тупые ответы, если их предварительно не обработать?

— Тоже верно. Надо уметь раскручивать собеседников.

— Поэтому вы и не печатаете в журнале небольшие по объему интервью с футболистами?

— Ну, у Пригорницкого это лучше получается, я такой поганый журналист, который стесняется некоторые вопросы ставить.

— То есть?

— Какой же я журналист, господи?! С двумя высшими техническими образованиями, гражданским и военным… Ну и просто как человек, претендующий на некую внутреннюю культуру, понимаю: есть сферы, в которые мне неудобно лезть, хочу оставить человеку нечто его личное. Тем более, в наше время, когда в силу интернетизации каждый из нас вывернут наизнанку… Люди это не всегда понимают, прячутся за никами, хотя на самом деле нас можно отследить во всех проявлениях. Я, кстати, почему не завожу никаких аккаунтов ни в твиттере, ни в фейсбуке? Да, возможно, меня принудят к этому, в то же время хочу сохранить хоть какую-то приватность, не готов настолько изворачиваться перед людьми!

— Здесь должен заметить: кажется, именно американские ученые доказали, что люди, которые не зарегистрированы в Facebook — потенциальные маньяки-убийцы…

— А, ну это интересно! Вместе с тем, насколько мне известно, другие ученые вычислили, что IQ европейцев за последнее время упал на 15 пунктов.

— Интернетизация, в частности.

— Мы приучаемся писать и мыслить эсэмэсками и комментами.

— Сто процентов.

— И то, что умер эпистолярный жанр… Ведь сохранены же тома переписки умных людей! Вот у них были обороты, оригинальные суждения, философия, так даже формировалась общественная мысль…

— Журналисты по крайней мере чаще щелкают по клавишам клавиатуры…

— Журналисты — в общем течении. А кто плывет по течению? Дохлые рыбы…

— Артем, снова на шаг назад к вопросу о журналистике «по-украински».

— Сайты зарождались как вспомогательные проекты. Но реклама идет в электронную сферу, следовательно, появляются деньги, с которыми можно делать интересные проекты. Ну, и те, кто заинтересован в СМИ, их дотирует и хочет влиять на общественное мнение, тоже обратили внимание на интернет, просто занесли туда определенную сумму денег. Само по себе ничто не возникает.

— Когда в последний раз вы меняли концепцию выпусков «Футбола»?

— Это наша беда, я пытаюсь это сделать, но народ же такой консервативный… На мой взгляд, отчеты о матчах умерли! Максимум, что надо указывать помимо результата — кто и когда забил. Возможно, какие-то центральные матчи, в случае, если есть о чем говорить, можно расширить… Остальное должно подаваться в режиме анализа, но только не «прошел, ударил, гол, хрен, штанга». Но, поверьте, иногда просто не могу пробить консерватизм как аудитории, так и людей, с которыми работаю.

— Даже так? Волевое решение главреда…

— (Пауза). А я не сторонник волевых решений — профессия уж больно творческая. Хочу, чтобы человек сам пришел к тому, куда развиваться. Я, конечно, в армии прослужил достаточно, погоны поносил, но в журналистике «работай так, как сказал, и вообще не трахай мне мозги своими концепциями» — это неправильный подход. Здесь еще вот в чем сопротивление: писать репортажи легко, медведя можно этому научить, через год он не опустится ниже соответствующего уровня… Сложнее несколько раз в неделю производить оригинальные мысли, с фактами, желательно. Беда в том, что любая журналистика рано или поздно превращается в конвейер.

— Для вас тоже?

— Конечно. Или как вы думаете, легко дважды в неделю писать редакционную статью? Бывает, в среду или в воскресенье утром пять минут сижу и думаю: «Блин, о чем написать?»… Я вам честно скажу: финал Лиги чемпионов, «Бавария» — «Боруссия» Дортмунд — хороший матч, одновременно поймал себя на мысли, что об этом мне писать совсем неинтересно. Зато избрание Григория Суркиса вице-президентом УЕФА — гораздо интереснее для Украины! Эти бесчисленные матчи, блин… Ну, будет другой матч, тоже мне. Еще и чисто немецкий финал… В то же время читатели меня не поймут, если не ляпну несколько слов о финале Лиги чемпионов.

— Они скажут, что вы просуркисовский.

— Совершенно верно, надо сохранять определенный баланс. …А! Так они и так это говорят! Кстати, вот чем меня совершенно не пробить, так это высказываниями, что я — человек Суркиса. Это столько лет продолжается, что я себе такую броню отрастил…

— Есть один нюанс.

— …Давайте сразу выясним, что такое «человек Суркиса». Для меня он — старший друг.

— А младший Суркис?

— Нет, не Суркис-старший, а старший друг. Кстати, и младший Суркис — тоже старший друг (смеется). Кроме того, он во главе клуба, к которому я, мягко говоря, не равнодушен.

— Вы им тоже друг?

— Думаю, всякое бывало в наших отношениях, в целом же, я бы действительно оценил наши отношения как дружеские. По крайней мере, с моей стороны.

— То есть можете зайти в кабинет к Игорю Михайловичу и сказать: «Здравствуйте, я пришел!»?

— Ну, так просто зайти не могу, там ведь другие люди могут находиться и серьезные переговоры вести, но позвонить, встретиться — всегда без проблем.

— Несколько лет назад в комментариях под какой-то вашей статьей читал сообщение одного парня: «Моя мама работает в бухгалтерии «Динамо», и там по расчетам проходит Франков, который ежемесячно получает 5 тысяч долларов зарплаты»…

— Херня!

— Мастерски… Тогда что такое успех в вашем понимании?

— Во-первых, вам понадобится везение. Я, например, попал в «Футбол» случайно: работал в «Теленеделе», потом перебросили на фронт, где случился прорыв, и вот я уже почти 16 лет руковожу журналом. Остальное уже зависит от ваших качеств — ума, эрудиции, пробивных способностей, владения языками, знания предмета и прочая и прочая.

Эх… Великий Лев Филатов завещал: «Не сближайся с игроками и с теми, кто в футболе, потому как потеряешь объективность». Я всегда нарушал эту заповедь: дружу с игроками, тренерами, президентами, функционерами, иногда на смену дружбе приходят совсем другие отношения… В меру своих сил стараюсь сохранять объективность, хотя, в принципе, я сторонник тезиса, что объективность вообще недостижима, потому как субъект не может писать объективно. В конце концов, судить читателю… Ни в коем случае настаиваю на том, что я объективен — я такой, какой есть. А если кто-то начинает слишком напирать на свою объективность, иронически усмехаюсь.

— Прочитал вашу пятничную редакционку. Вы правильные вещи озвучили: проблемы фэйр-плей, ПФЛ, УПЛ, собственно, клубов и т.д. Вместе с этим есть ли желание и умение у вас лично, у журнала «Футбол», в целом в украинской спортивной журналистике не просто напоминать о проблемах, а копать глубоко?

— Вот давайте я вам скажу такую циничную, но правдивую вещь: почему-то очень часто люди с трибуны разбрасываются такими словами, как «гражданский долг», «вы должны» и так далее. А я ведь — наемный работник, моя задача — делать тираж «Футбола», продаваемый тираж, все же остальное, а именно — подъем общественной морали… К слову, я часто употребляю такие слова как «срать», «ссать», «жопа» (могу полностью написать, или с многоточием), «говно» (пишу без многоточия), и вот меня часто обвиняют — мол, тебя же дети читают… Извините, если ваши дети таких слов не знают, то счастливый вы тогда человек! И ладно, «Футбол» пусть не читают, не нужно им.

Так вот, общественный долг подъема футбола Украины (не люблю термин «украинский футбол», потому что это сразу подразумевает под собой национальный характер, а наш футбол многонациональный) — это все потом… увы и ах, но потом. На мой взгляд, ты по максимуму должен писать о том, что тебе интересно, сеять соответствующую энергетику, которая будет передаваться читателю.Понятно, что ты должен быть способным эту энергетику в текст вложить, ведь как говорил доктор Быков Лобанову: «Не пытайся составлять слова в предложения, не твое это». Есть же и такие персонажи, которые все равно пытаются что-то там писать.

Я считаю, что мне дано излагать, в любом состоянии напишу текст не ниже определенного уровня… Что такое профессиональный журналист? Это не правдивость-ложность, объективность-необъективность, профессионализм журналиста — это способность выдавать определенный объем текста в единицу времени не хуже определенного литературного уровня. Вот это профессионализм, на мой взгляд! Я этому критерию соответствую, поэтому имею наглость именовать себя журналистом. Вместе с тем если кто-то спрашивает: «Вы хороший или нет?», отвечу — понятия не имею! «Умный или глупый?». Тоже не знаю, только предполагать могу! Это к людям, пусть они скажут. Потому что если ты говоришь, что умный, то это первый признак дурака, честный — первый признак подлеца.

— И все-таки кому-то же надо писать не только потом, но и сейчас на проблемные темы.

— Да они обязательно поднимутся, темы эти, невозможно же замолчать все! Вот если человек работает в каком-то клубе, то действительно, он ограничен, поскольку должен соблюдать в первую очередь верность клубу. Я имею симпатии, но не имею таких обязанностей.

— Я помню прошлогодний апрельский скандал после удаления в Донецке Гармаша, когда началась фантастическая по размерам информационная война между «Динамо» и «Шахтером», и тут в «Футболе» встречаю Руслана Мармазова…

— Вы поймите — мы все киевляне…

— Он хорошие вещи писал.

— К тому и веду: Руслану я целенаправленно предоставлял слово, чтобы он высказал позицию «Шахтера». Логично, его взгляды отличаются от людей, которые банально географически и душевно, чего там таить, ближе к «Динамо». Но ситуация искусственно подогревалась… На самом деле много такого случалось. Например, когда «Днепр» конфликтовал, и я Вадиму Тахтерину отводил место в журнале.

— То есть «Футбол» — это как некая площадка? Захотел Тахтерин написать, сделал все, что хотел.

— Есть и вещи, которые я не пропущу.

— Какие?

— Если кто-то захочет написать текст, проповедующий однополую любовь и однополые браки, то, думаю, при мне это не получится. Разве в качестве рекламной полосы и за большие деньги. Или если кто-то захочет просто обложить «Динамо» матом — тоже не позволю.

— Все же некая четкая информационная политика у вас есть? К примеру, на последних выборах президента ФФУ «Футбол» не столько не болел за Конькова, сколько был против всех, то есть против Конькова.

— Я не был против, я только обращал внимание на некоторые странности, а потом уже со мной принялись воевать — на радость «Футболу», получившему бесплатную и качественную рекламу. Копнем глубже: декабрь 2010 года, когда разразилась война против Григория Суркиса. Помните, практически с каждого забора на нас смотрели надписи «Суркиса в отставку» и т.д. И если бы я был конъюктурщиком, то в такой момент проще всего перебежать на другую сторону, принять участие в травле, чувствуя себя достаточно привольно, – силы-то такие были на той стороне! А вот ни фига. Тогда я посчитал своим долгом — журналистским, человеческим, футбольным, деловым – с точки зрения дел в футболе нашей страны – защищать Григория Суркиса. Ведь все это со страшной силой вышло за рамки разумного. Он не безупречен. Суркис не мог не делать ошибок, старательно раздуваемая недругами причастность к «Динамо» ему тоже мешала — что, кстати, не шло на пользу и клубу. При этом знаю, что Григорий Суркис беспокоился именно что за весь футбол Украины. И его избрание вице-президентом УЕФА — признание того, что было немало сделано, того, как при нем престиж отечественного футбол поднялся. Достаточно сравнить, что было до него, до 2000 года, и что он оставил. Мне ведь приходилось с ним спорить.

— На какие темы, простите?

— Да Господи, ну, на всякие… По тренерам сборной, например. Он и сам отмечал, что не удалось ему построить базу для национальной сборной — причины были разные, но не удалось, значит, неудача. А вот когда шла подготовка к Евро, был выбор: либо пишем голую правду без прикрас, мочим всех налево и направо, или удерживаем чемпионат в Украине. Я воспитан вполне по-марксистски, прожил двадцать один год в Советском Союзе, поэтому лозунг «Свобода — это осознанная необходимость» хорошо усвоил. Тем более, весь мой жизненный опыт подсказывает: абсолютная свобода — это чушь. Жить в обществе и быть свободным от него — что опять-таки «оттуда», просто невозможно, впрочем, как и работать в коммерческой организации и быть свободным от ее правил. Тот, кто начнет себя бить в грудь и кричать, что он полностью независим, цинично лжет или бредит. На каком-то этапе мог бы подсунуть и «Динамо», и Федерации свинью. Но ой как не уверен, что это пошло бы на пользу делу.

В силу определенной близости мне иногда становилась известна информация, с которой журналист должен бежать и доносить ее читателям, исполнять профессиональный долг. Это и переходов футболистов касалось, и назначения тренеров, переговоров по разным вопросам. А вот мой человеческий долг, как я его понимаю, этому противоречил. И, возможно, патриотизм тоже, поскольку я до сих пор считаю, что Евро-2012 — большое патриотическое дело, один из немногих поводов гордиться страной во времена Независимости.

— Журнал «Футбол» в чем-то потерял после смены власти в ФФУ?

— Нет, только приобрел.

— Как же так?

— У меня нет никакого дружеского долга, себя никак не сдерживаю.

— С Анатолием Коньковым вы часто общаетесь? В частности, о печатных СМИ, о том, как его к власти приводили?

— К нему я отношусь с большим уважением, в то же время особых контактов у нас нет. Вижу, что они столкнулись с большими трудностями. Я не уверен, что на верхушке Федерации футбола царит согласие, учитывая то, как проходили выборы. Мне кажется, что не существует единой команды вокруг Конькова.

— А на вас как-то пытались надавить при тех выборах?

— Конечно. Достаточно вспомнить кавалькаду смешных коллективных писем с требованием «убрать Франкова из футбола и «Футбола».

— Припоминаю.

— Господи, да все так очевидно. Если остается один кандидат, то он прошел согласование. Ну а как иначе? Более того, пост президента ФФУ — штука очень даже политическая, и великой глупостью со стороны власти было бы никак в этом не участвовать. Более того, прошли согласование и кандидатуры вице-президентов. Помню, как за два дня до конгресса совершенно другая структура на верхушке ФФУ должна была быть с другим количеством вице-президентов, а потом — бах! — и осталось два первых вице-президента. А это значит, что прошло очередное, назовем его так, согласование, и кто-то кому-то помог в эти круги внедриться. Не называю фамилий – эти люди, разных, на мой взгляд, профессиональных и моральных достоинств, все же пользуются неким доверием, занимают должности и делают свое дело в меру понимания.

Но я бы не хотел, чтобы, извините за пафос, знамя отечественного футбола, которое Суркис поднял достаточно высоко, упало или было приспущено. Что сейчас мы видим из удачных действий, так это приход Михаила Фоменко. А ведь на знамени новой команды было написано «Массовый футбол»… Возможно, я чего-то не знаю, но буду рад узнать, каковы наши свершения в этой области, какой прорыв осуществлен. Ну и, конечно, мне интересно, как была решена проблема финансирования ФФУ. Пока я увидел несколько очень неприятных действий, в частности, перетягивание спонсоров из премьер-лиги (речь об «Эпицентре». — Р.Б.).

— Соглашусь с вами.

— Надо поставить вопрос ребром: «Ребята, мы ищем спонсоров или отбираем их?». На самом деле, на эту тему можно много всего говорить и я готов к конструктивному диалогу, ведь не имею особых предубеждений, в частности, как и задач мочить кого-то ради самого мочилова. Хотя и понимаю, что висты на критике зарабатывать легче.

— О мочилове. Помните как осенью «Украинский футбол» подал клич: «Все мочим Блохина!»?

— Меня это не касается. Я всего лишь прекрасно понимал, что часть общества воспримет уход Блохина из сборной в «Динамо» негативно. Но поймите также: Блохина на должность в национальной команде приглашал Суркис, поэтому я примерно понимаю, насколько ему было сложно работать при новом руководстве. Видимо, произошло нечто объективное. Другой вопрос — почему наступил период двухмесячного междуцарствия, неужто уход Блохина настолько шокировал? Думаю, там все постарались, и нельзя сказать, что кто-то был хороший, а кто-то — плохой: типичное столкновения определенных интересов. Наконец, все устаканилось, и если мы хлопнем Черногорию, то вообще будем на коне… Так что у меня никакой задачи мочить Блохина не было. Поверьте, делать это сегодня — гораздо больший соблазн, так как «Динамо» село на третью строчку в таблице. Это будет даже достаточно объективно, но я всегда хочу слышать и другую сторону, другую позицию.

— Из уст Блохина? Вряд ли…

— Ну, у Олега Владимировича сложный характер. Считаю, он недостаточно общается с прессой.

— Зачем ему общаться, например, с такими, как вы? В футбол не играли и что там еще мне говорили выше?

— Тем, кто меня пытается упрекнуть, мол, я не так качественно ударю по мячу, как они, и не выдержу 90 минут (даже 5!) интенсивного движения, отвечаю: пусть что-то за меня напишут!

— Ну, это однозначно. Заканчивая тему ФФУ: помните, как в начале правления Конькова наши с вами коллеги начали ныть, мол, федерация на выезды приглашает мало журналистов? Ранее летали и по несколько человек, сейчас — максимум один из печатного издания. Это вас как-то коснулось?

— А на что обижаться? В идеале журналисты самостоятельно должны получать аккредитации, летать за счет редакции, а от федерации ожидать содействия в получении тех же аккредитаций и общения с игроками и тренерами. Мы же понимаем, что нахождение в обозе порождает зависимость.

— Так в том и дело! На матчи еврокубков вы тоже летаете с клубами и, думаю, не хотите выпадать из пула…

— Да, признаю, чего тут душой кривить. Есть две стороны медали. Наше издание не столь богато, чтобы позволить себе шастать по миру. Поэтому случился определенный компромисс, и читатели сами решают: ангажированы наши тексты или нет. Со своей стороны мы стараемся донести максимум информации. «Футбол», на мой взгляд, всегда отличался тем, что пытался сделать свои репортажи максимально развернутыми и оригинальными. А чтобы как-то мы оправдывали команды в случае неудач или по-особенному расхваливали после побед — нет, не было такого!

— А случались ли прецеденты, когда вам звонили со словами: «Ну что ты пропускаешь! Мы же вас приняли, а вы нас так обгадили»?

— Нет.

— Нет?

— Нет. Изначально мы могли с Игорем Михайловичем Суркисом по поводу «Динамо» или с Григорием Михайловичем Суркисом по поводу сборной просто, в обычном режиме, обсудить, как я вижу игру, процессы. Знаете, как это: иногда бывают такие вещи, описание которых для журнала не подходит, а в живом общении — пожалуйста. В этом режиме я открыт. Приходилось и с Александром Владиленовичем говорить, и с Ринатом Леонидовичем обсуждать матчи его команды. В свое время слетал с «Шахтером» на финал Кубка УЕФА, не мог пропустить столь значимой событие — куда Украина-то забралась! Правда, не уверен, что многие обрадовались, меня там увидав…

— О, зависть! Продинамовец, а полетел с «Шахтером».

— Вот на это мне особенно наплевать! Конечно, есть зависть — да еще и всегда найдется нашептывающий, мол, вот он, предатель динамовского (харьковского, донецкого, нужное подчеркнуть) дела! Оттуда и то, что вы процитировали – мол, я 5 тысяч долларов в «Динамо» получаю…

— Поверьте, я не придумал.

— Да я не в обиде, действительно ж кто-то подобное навалял, припоминаю. Я пожал плечами… А что делать — налоговую декларацию в ответ предоставлять? Нет, дальше заниматься своими делами. Эх, если бы я сидел на зарплате в «Динамо» или, скажем, в «Металлисте», то уже бы домик под Киевом купил, по поводу которого мне жена мозги полирует, а так живу в трехкомнатной квартире: четверо детей, теща, жена и я. Обычная советская трехкомнатная квартира площадью 70 квадратных метров. Поэтому… А-а-а! Или я очень качественно бухаю в элитных заведениях, спускаю эти деньги, или у меня еще какие-то есть дополнительные расходы. Короче, это смешно.

Вот когда это все только начиналось, в 1997 полетел с «Динамо» на «Ньюкасл» – было ого-го! Более того, мы как-то даже обиделись на клуб, он нас куда-то не взял, мы об этом написали… Да сейчас ни за что так не поступил бы! Это клубу решать, кого они хотят видеть, а кого нет. Вместе с тем, если меня берут, то единственный мой долг — написать то, что видел и считаю необходимым. Опять же говорим о разумных основах сотрудничества. Компромисс достижим.

Зависть… Куда ж без нее. Конечно, люди хотят летать! И те, кто не летает, скажут наоборот — мы гордимся своей независимостью! Но стоит только щелкнуть пальцами, и большинство запрыгает от счастья, сколько журналистов покупалось на это! Если завтра из ФФУ мне перезвонят со словами «мы вас не берем», никаких обид – это их право. Неправильно будет, если я приеду в аэропорт в день вылета, а мне укажут на дверь терминала…

— Как Александру Ищенко в сентябре 2012-го.

— Ну, да. В том случае, некий менеджер, думаю, так вот решил поиздеваться. Или протупил. Вот если случится такое со мной, я посчитаю это за обиду. В то же время не уверен, что решать проблему буду через читателя, им-то на кой все это. Да в блоге об этом напишу и, возможно, попробую отомстить.

Автор

Комментарии

  • По дате
  • Лучшие
  • Актуальные
  • Друзья