Реклама 18+
Реклама 18+
Блог Душевная кухня

«Не называйте меня русским – я эстонец». Невероятная карьера Марта Поома

Денис Романцов – о вратаре, который прошел путь от второй лиги СССР до «Арсенала».

C тем, что англичане называли его Пум, а не Поом, он еще как-то смирился, а вот насчет своей национальности внес принципиальное уточнение: «В Англии многие думают, что Эстония – это часть России, но это не так. Пожалуйста, уважайте наше маленькое государство. Я дружу со многими русскими ребятами, но не называйте русским меня – я эстонец». В декабре 1999-го Поом развил тему в интервью для программки к матчу с «Бернли».

– Что бы вы сделали, если бы у вас была машина времени?

– Вернулся бы в начало сороковых и попытался предотвратить оккупацию Эстонии.

– С кем вы меньше всего хотели бы застрять в лифте?

– С Иосифом Сталиным. Он уничтожал собственный народ и отправлял целые семьи в лагеря. Мой дед был сослан в Сибирь, но, к счастью, выжил.

Март родился в феврале. Третьего февраля 72-го, в день открытия зимней Олимпиады в Саппоро. О ней тогда говорили повсюду, и, когда Марта привезли из таллинского роддома, его трехлетняя сестра Катрин подумала, что Саппоро – это его имя. Став вратарем, Поом вдохновлялся игрой Рината Дасаева и Отара Габелия, с которым познакомился в Тбилиси в 1982-м, на детском турнире «Кожаный мяч». В Грузию Март и его команда приехали в красивой форме со львом на груди, но после финального матча ее украли. Поездка в Ужгород вышла еще грустнее. Ночью Март грохнулся с верхней полки и разодрал себе правую щеку. Шрам остался на всю жизнь. Но было и приятное: на том же турнире в Тбилиси Марта признали лучшим вратарем, а еще он обыграл в шахматы Гавриила Качалина, тренера-победителя Олимпиады-56 и Евро-60.

Отец Марта работал в институте химии эстонской академии наук. Из спортивных увлечений сына только шахматы и одобрял – и то как хобби. Он редко ходил на игры Марта и не верил в его футбольное будущее. «Когда тебе говорят, что ты слаб и ничего не добьешься, это плохо влияет на психику, – писал Март в своей книге. – Нельзя, нельзя говорить детям, что они занимаются бесполезным делом. Поведение отца отразилось на наших отношениях. Мы не общались доверительно и он не стал для меня авторитетом. Но, возможно, его неверие сделало меня более целеустремленным».

Зимой 1989-го Поом полетел со своей юношеской командой на турнир в Даллас. Во время остановки в Балтиморе американские эстонцы предложили Марту остаться в Штатах, но тот и не думал об этом. Его взяли в таллинский «Спорт», скоро – сбор в Сочи и вторая союзная лига. Какая еще Америка, какая иммиграция? К тому же «Спорт» вместо Валерия Овчинникова возглавил Роман Убакиви, с детства тренировавший Поома. Март начал сезон в запасе, но после травмы основного вратаря Олега Андреева дебютировал на стадионе «Кадриорг» против витебской команды КИМ (Классика индустрии моды).

Поом ошибался, но оставался в воротах, заменить его было некем – боль в спине не отпускала Андреева. Март разбирал свои ошибки в дневнике, пытался исправляться, и в октябрьском матче с «Гомсельмашем» отбил пенальти. В сентябре он поехал со «Спортом» на товарищеские матчи в Финляндию. Во время турне два игрока «Спорта» Ристо и Тоомас Калласте бежали в Швецию, так что о поездках в капстраны на время пришлось забыть – к следующему сезону готовились в Ленинграде и Болгарии, а весной 90-го выяснилось, что играть предстоит не в советской второй лиге, а в новообразованной Балтийской.

В конце мая Поом пропустил игру с Шяуляем, травмировав спину на экзамене по физкультуре (зато окончил школу с золотой медалью и поступил в экономический университет, где был конкурс – пять человек на место), через три недели упал с велосипеда, в августе вывихнул левую лодыжку, в сентябре повредил правое колено, но все равно продолжал играть в Балтийской лиге – считал, что только так сможет прогрессировать. Многие его ровесники уже бросили футбол, разбежались кто куда, «Спорт» распался, а Поом все упирался. После лекций в университете он заставлял себя бегать, несмотря на усталость: чувствовал, что если оставит тренировки – футбольной карьере конец.

В январе 1991-го тренер Роман Убакиви устроил Поому кастинг в финском «Куопио». Март подошел новой команде, хотя тренировался через боль в колене. Он взял академический отпуск в таллинском университете и переехал в Финляндию, но новый чемпионат «Куопио» начал без него. Во-первых, он больше не мог скрывать боль в колене – пришлось лечиться. Во-вторых, из Москвы никак не приходило разрешение на переход. В апреле Поом вернулся в Таллин и присоединился к «Флоре», где из-за травмы мог тренировать только верхнюю часть тела. В Москве одобрили переход в «Куопию», но перед отъездом Поом решил сыграть за «Флору» против «Динамо» Копли. За пятнадцать минут до конца Марту сломали челюсть. Со стадиона его увезли на скорой. Он не мог говорить, есть и спать. Мог только слушать врача: «Четыре недели питаться через трубку. Семь раз в день полоскать рот, чтобы не началось воспаление».

Спустя два дня Поом добился разрешения на легкие тренировки, но через неделю заболела голова, поднялась температура, он мучился бессонницей и за полмесяца потерял четыре килограмма. В начале июля, когда челюсть зажила, выяснилось, что с коленом беда – надо оперировать мениск, но хирург в отпуске, придется подождать. Промаявшись месяц в больнице, Поом только в августе начал восстановление, а, чтобы разжиться деньгами во время паузы в карьере, подрабатывал чисткой форели. После признания Госсоветом СССР независимости Эстонии Март рванул на вратарские курсы тренера «Аякса» Франса Хука, так как в «Куопио» ощутил, что уступает даже средним финским вратарям.

Не прошло и года, как Поом, уже в статусе игрока «Куопио», вышел в первом официальном матче сборной Эстонии с 1937 года. Свой второй мяч после возвращения независимости Эстония пропустила из-за ошибки Марта. Он забыл, что по новым правилам нельзя брать в руки от своего, и навлек на свои ворота свободный удар. Месяцы спустя «Куопио» вылетел из высшей лиги, сократил бюджет, и Марту пришлось возвращаться в Таллин. Из Финляндии он приехал на своей первой машине – ржавом спортивном седане, купленном за две тысячи марок.

Осенью 1993-го Поома закидали монетами на лиссабонском стадионе «Да Луж». Португалии нужно было забивать Эстонии минимум четыре мяча, чтобы обойти Швейцарию в отборочной группе чемпионата мира-1994. Опасаясь сдачи матча, в Португалию съехались швейцарские журналисты. Они повсюду следовали за эстонцами и фиксировали все, что вызывало подозрение: например, как тепло их принимают в лиссабонском отеле. Поом пропустил только три мяча, автобус его сборной забросали апельсинами, Португалия пролетела мимо ЧМ-94, ее тренера Кейруша уволили, а сотрудники отеля отказались кормить эстонских игроков, вернувшихся со стадиона. Через два месяца Поом приник к швейцарскому «Вилю» – полупрофессиональному клубу, который обеспечил Марта хорошей зарплатой, но не условиями для тренировок. Одной тренировки в день Марту было недостаточно, поэтому он договорился, чтобы клуб оплатил ему мастер-классы с тренерами вратарей «Грассхоппера» и «Базеля».

Летом 1994-го агент Джером Андерсон устроил Поома в «Портсмут», обитавший во второй английской лиге. На первой тренировке Март бегал быстрее всех, чем удивил полевых игроков: «Ты же вратарь – чего так носишься?» Поома же удивило то, что после выездных игр в автобус «Портсмута» заносили два ящика пива и две бутылки красного вина с сигарами для тренера Джима Смита. Осенью 94-го, в игре за сборную с Италией, Поом снова повредил колено. Его прооперировали в старой таллинской больнице, занесли инфекцию, колено распухло, и через десять дней в Портсмуте пришлось извлекать из колена гной. Пропустив пять месяцев, Поом восстановился к ответной игре с Италией в Салерно. Эстония уступила 1:4. После игры Поом узнал, что в Таллине умер его отец.

Из-за проблем с коленом Поом редко играл за «Портсмут». В декабре 1995-го ему не продлили разрешение на работу в Англию. Его задержали в аэропорту Хитроу, когда он прилетел из Таллина, сочли ножницы в чемодане опасным оружием, два часа мурыжили допросами и отпустили только после звонка в офис «Портсмута»: «Да, это футболист, у него контракт с нами, мы заплатили за него двести тысяч фунтов». Контракт контрактом, но играть в Англии без разрешения на работу Поом не мог и вернулся в таллинскую «Флору», но тренер Джим Смит не упускал его из виду и через год позвал в свою новую команду, «Дерби Каунти».

В среду, второго апреля 1997 года, Поом впервые потренировался с «Дерби». В двусторонке тренер поставил его в основной состав. Другой вратарь Рассел Хаулт злобно ворчал, но Поома больше волновало другое: в субботу играть на «Олд Траффорд», а там мало того, что Кантона, Гиггз и Бекхэм, так еще и скользкие мячи Umbro, а их поди поймай. В общем, в ночь перед матчем Поом так и не заснул, завидуя спокойствию своего соседа по номеру, голландца Рона Виллемса. Поом унял волнение на четвертой минуте, когда мяч прилетел к нему прямо от Шмейхеля, вратаря «МЮ». В середине первого тайма Поом взял удар Гиггза, и вскоре «Дерби» забил два мяча. За пять минут до конца «Дерби» вел 3:2, и Шмейхель прибежал в штрафную Поома на подачу углового – но нет, не в этот раз.

Но были и плохие новости. Поом получил несколько писем от британской праворадикальной партии с одним и тем же текстом: «Советский дьявол, возвращайся туда, откуда приехал». Март отнес письма в полицию, и угрозы стихли. Через несколько дней Март зацепил новый BMW защитника Мэтта Карбона и отдал ему 465 фунтов. А потом все наладилось.

В июле на открытие нового стадиона «Дерби» приехала английская королева с герцогом Эдинбургским. Игроков тщательно проинструктировали: как кланяться, когда протягивать руку, что говорить: «Обращайтесь к королеве – Ваше Величество. Запомнили?» Поом кивнул, но, когда тренер Смит подвел к нему королеву, сказал: «Доброе утро, ваше высочество». – «У вас много иностранцев, – сказал Смиту герцог Эдинбургский, – видимо, они хорошие футболисты?» – «Безусловно», – подтвердил тренер и привел в пример Марта Поома. Герцог попытался завязать разговор: «О, вы из Эстонии? А на каком языке там говорят?» Поом несколько секунд думал, как бы ответить поинтереснее, но в итоге сдался: «На эстонском».

«Дерби» выдал отличный чемпионат, разгромив осенью будущего чемпиона, «Арсенал» (3:0), мелькнул на пятом месте, а Поом стал по статистике компании Opta третьим вратарем АПЛ после Шмейхеля и Нила Салливана. Одна беда – посреди сезона партнеры по команде искромсали его новые джинсы, сказав, что они чудовищно старомодны, и Март похож в них на Дона Джонсона в сериале «Полиция Майами: отдел нравов».

В январе 1999 Поом отыграл на ноль кубковый матч с «Суонси», хотя в начале матча ему треснули по руке. В раздевалке Март узнал, что восемьдесят минут отыграл со сломанным пальцем. Долго отдыхать Поом не мог – Эстония еще не входила в Евросоюз и по тогдашним правилам ему нужно было успеть провести 75 процентов матчей в сезоне, чтобы продлить разрешение на работу. Март быстро вернулся, но за время его лечения «Дерби» изменился. Второй тренер Стив Макларен ушел к Фергюсону в «МЮ», позже двух лидеров, Ванчопе и Штимаца, продали в «Вест Хэм», и после двух сезонов на восьмом – девятом месте команда еле спаслась от вылета. Зато 62 процента болельщиков «Дерби» выбрали Поома лучшим игроком сезона. Через полтора месяца он сыграл в благотворительном матче в Таллине, и получил сотрясение мозга, перелом скулы и ушиб паха.

Узнав об этом, тренер Джим Смит пригрозил штрафом, но назавтра немного остыл и пообещал отменить штраф, если Поом не пропустит по ходу сезона в четырех матчах подряд. «Дерби» опять болтался на последних местах, но Марту удалось отыграть на ноль десять матчей чемпионата и два кубковых, а серию из четырех матчей он выдал уже в ноябре. Не вылететь в том сезоне помог и нигериец Тарибо Уэст, взятый из «Милана». Уэст был настолько религиозен, что молился в раздевалке перед каждой игрой, а после – улетал в Милан, чтобы сходить в церковь. «Вера не мешала ему скрывать, что он старше на двенадцать лет», – написал Поом в своей автобиографии.

После того сезона один из болельщиков «Дерби» написал на гостевой официального сайта клуба: «Тарибо Уэст думал, что Бог спас «Дерби» от вылета. Он немного ошибся, «Дерби» спас Март Поом». Место в АПЛ на будущий сезон «Дерби» обеспечил после победы над «МЮ». На тот матч Поом впервые вышел в статусе капитана. После игры «МЮ» предложил за Марта 2,4 миллиона фунтов, но «Дерби» отверг предложение. Летом 2001-го посыпались новые несчастья. На тренировке полузащитник «Дерби» Кинкладзе повредил Марту палец руки. Март вылечился, но в игре второго тура с «Ипсвичем» столкнулся со своим же защитником Данни Хиггинботамом и выбыл на два месяца. За это время «Дерби» погрузился в финансовый кризис, набрал три очка в семи матчах и уволил тренера Джима Смита, который называл Поома лучшим вратарем мира и не отпускал его в «МЮ».

«Дерби» вылетел, зарплаты игроков сократились на двадцать процентов, а продажу Поома в «Эвертон» заблокировал новый тренер Джон Грегори: «Пятнадцать тысяч болельщиков «Дерби» уже купили абонементы на сезон и хотят видеть в воротах Марта. Продавая лучших игроков, мы не вернемся в АПЛ». Зарплату мало того, что сократили, так и еще задерживали, и утешало только то, что в кафе и ресторанах Дерби у Марта отказывались брать деньги. В середине сезона выбора не осталось – чтобы не разориться, Поома пришлось продать в «Сандерленд». Март попал в худшую команду АПЛ двадцать первого века. Проиграли пятнадцать матчей подряд, вылетели, уволили из клуба семьдесят человек, а оставшимся на четверть срезали зарплаты. Вместо сорокового номера Поому даровали первый – и это единственное, что утешало вратаря, дважды вылетевшего из АПЛ после сорвавшегося трансфера в «МЮ».

В девятом туре нового сезона Поом приехал с «Сандерлендом» на стадион «Дерби Каунти», на открытии которого содержательно пообщался с королевской семьей. Местные фанаты, как и раньше, встретили его радостным: «Пу-у-у-у-у-м!!!» и поддерживали его, даже когда он пропустил на девяностой минуте от Яна Тэйлора. 1:0 в пользу «Дерби». Судья Питер Уолтон добавил три минуты. На последней из них – угловой у ворот «Дерби». Поом глянул на своего тренера Мика Маккарти, и тот скомандовал: «Беги».

Был бы Март форвардом, да хоть бы и защитником, он, может, и заготовил бы сценарий поведения на случай гола бывшей команде. А так – он вскинул руки, пораженный тем, что натворил, и помчался к своим воротам. Через несколько секунд грянул финальный свисток. Отойдя от шока, болельщики «Дерби» принялись аплодировать Поому, а тот сделал круг почета. В прошлом сезоне не успел толком проститься – ну, хоть так. Программа Match of the Day, обозревающая премьер-лигу, в тот день сделала исключение и показала момент из второй лиги: гол Поома своей бывшей команде.

В мае 2004-го «Сандерленд» проиграл «Кристал Пэласу» матч за выход в АПЛ из-за ошибки судьи, не заметившего фол на Пооме перед голом, в июле в словенской горной реке утонул тренер Марта в сборной Вальдемарас Мартинкенас, а в августе у Поома защемило нерв в позвоночнике. Отдохнув несколько недель, Март вернулся на поле, но в октябре травмировал правое колено и больше в том сезоне не сыграл. Операция не помогла, колено распухало, жидкость откачивали, но она скапливалась вновь. «Сандерленд» отпраздновал возвращение в АПЛ, а Поом вернулся в Таллин и однажды утром не смог встать с кровати. Колено раздулось до размеров гандбольного мяча. Инфекция. Третья операция за семь месяцев. Врачи «Сандерленда» все настойчивее советовали завершать карьеру. Поому уже и замену нашли – Кевина Дэвиса из «Ипсвича». Когда колено окрепло, Поом узнал, что его контракт не будет продлен.

В конце августа агент Джером Андерсон сообщил, что один вратарь «Арсенала» Альмуния травмировал палец, другой, Йенс Леманн, дисквалифицирован в Лиге чемпионов, и Венгер хочет арендовать Марта на сезон. Выяснилось, что сначала Венгер хотел шведа Исакссона, но за того запросили так много денег, что пришлось вспомнить про 33-летнего эстонца. Ну и ладно, тоже неплохо, учитывая, что месяц назад его убеждали завязывать с футболом. Приглашение в «Арсенал» после года кошмаров – это же сказка, но физиотерапевт Гари Левин вернул Марта в реальность: «Он сможет тренироваться только через две недели». – «Тогда отменяем сделку», – объявил Венгер. Поом собирался уезжать, когда вице-президент «Арсенала» Дэвид Дин предложил: «Если «Сандерленд» будет платить тебе зарплату до конца сентября, мы возьмем тебя».

Восьмого ноября 2006-го Альмуния травмировался в первом тайме кубковой игры с «Эвертоном», и в перерыве помощник Венгера Пэт Райс велел Поому разминаться. За пятнадцать минут разминки Март промотал в голове многое: шахматы с Качалиным в Тбилиси, падение с полки в ужгородском поезде, отбитый пенальти в Гомеле, перелом челюсти перед поездкой в Финляндию, град монет в Лиссабоне, задержание в аэропорту Хитроу, знакомство с королевой, гол «Дерби» и много чего еще, не заметив, что перерыв кончился. Впереди его первый матч за лондонский «Арсенал». Поом отстоял на ноль и тогда, и в последнем туре с «Портсмутом». За основу «Арсенала» он сыграл всего-ничего, но так ни разу и не пропустил. Не так уж и плохо для вратаря, который говорил про себя: «Я не могу рассчитывать на большой талант, потому что у меня его нет».

Почему Буффон еще более великий, чем вы думали

«Марадона сделал меня сильнее как футболиста». Симеоне, каким вы его не знали

Фото: Gettyimages.ru/Phil Cole, Ross Kinnaird/ALLSPORT, Mike Finn-Kelcey/ALLSPORT, Laurence Griffiths; litres.ru/Minu lugu

Автор

Комментарии

  • По дате
  • Лучшие
  • Актуальные
  • Друзья
Loading...