Блог Бокс и ничего лишнего

«Иногда хейтят: «О, бандера, до свидания!» Поляки уже сами таких загрызают». Украинский боксер блистает в Польше

Уроженец Харькова Федор Черкашин уже несколько лет боксирует исключительно в Польше. 24-летний средневес выиграл все свои 16 поединков на профиринге и сейчас входит в топ-30 лучших боксеров дивизиона. 

Переехать в соседнюю страну ему позволили корни – бабушка боксера была полькой. Поэтому Черкашин получил карту поляка и стал своим для местной публики. 

Федор рассказал Александру Пасечнику, как заслужить любовь болельщиков в другой стране.

- Когда ты вернулся из Польши в Украину?

– Сразу после моего боя, 7 марта, мы с девушкой возвращались из Варшавы в Киев. На машине доехали до границы, а это 350 километров, и увидели просто огромную очередь. Люди спят на обочинах, невозможно было пересечь границу.

Мы развернулись и приехали назад. Она была дико уставшая, я после поединка еще даже не отдыхал. Купили билеты и прилетели на самолете. Самолет был полупустой, аэропорты полупустые. 

- Знаем, что перед переходом в бокс ты занимался тайским боксом. Почему решил перейти?

– В 13 лет я попал к Владимиру Цуканову – заслуженному тренеру Украины по тайскому боксу. И уже в свои 13 понял, что спорт может быть стилем жизни и работой.

С этим тренером я достиг очень хороших результатов, становился многократным чемпионом Украины, Европы и даже мира. В 2014 году, когда мне исполнилось 18 лет, он уехал в Крым, а у меня не было возможности поехать за ним. Да и смысла в этом не видел.

Переехал в Киев, походил по залам и понял, что в тайском боксе здесь каши не сваришь. Пошел на классический бокс, и мне посоветовали тренера Александра Львовича Лихтера, который в свое время работал с Кличко, Хурцидзе, Копыленко. Он мне стал как отец: мне 18 лет, рядом нет родителей, чужой город. Было сложно, ведь ты молодой пацан, снимаешь комнату на Борщаговке и все из этой серии. 

Он раскрыл меня как человека. Показал, что ты не только боксер, который видит ринг и вонючие боксерские перчатки, что еще нужно образование, семья, квартира. Он показал, что жизнь построена не только на поднятой руке вверх. 

- Первый свой бой ты провел в Болгарии, затем в Украине и Беларуси. Почему такая география? 

– Любительской карьеры в боксе у меня нет, а Александр Львович Лихтер всегда был настроен исключительно на профессионалов. Он взял меня, мы пошли в зал Sparta Box и проводили там спарринги. Александр Львович записал мой один спарринг и выслал их в Германию, Англию и еще в какие-то страны.

На это откликнулся менеджер Филипп Фондю. Мы подписали контракт в 2015-м году, и 9 мая я провел дебютный бой в Болгарии. Мне хотелось развиваться, но я видел слабые возможности менеджера. Не было серьезного финансирования, не было спарринг-партнеров,выездов, сборов.

Так провели 7 боев, ездил в Беларусь, Украину, даже в Монако. Я понимал, что сейчас мне наколотят боев, а потом кинут под танки. Психологически я не был к этому готов. Ну куда? Мне тогда было 19-20 лет.

- После перехода в бокс были какие-то конкретные предложения от украинских компаний: K2 Promotions, Sparta Boxing Promotions?

– Я ходил в Федерацию Бокса Украины, к Алине Шатерниковой. Мы с ней искали какие-то ходы, чтобы развязать эту проблему. Она мне очень помогала. Она связывалась с Филиппом Фондю, писала ему электронные письма, звонила, но из этого ничего не вышло. 

Я вижу проблемы K2 в том, что они не инвестируют в молодежь, не занимаются ими. Что касается Sparta Boxing Promotions, мы очень часто спарринговали, но на тот момент у них не было таких условий, которые заинтересовали меня.

- В какой момент понял, что нужно уезжать в Польшу?

– Я сидел без боев почти два года. Понимал, что что-то нужно менять. Я никогда не был отличником в учебе, всегда пробивался благодаря спорту. И вот неожиданно звонок от моей мамы. Она говорит: «Федор, перебираю старую сумку с документами, хочу весь хлам выкинуть. Нашла документ, что бабушка родилась в Польше». Ну, а мне то что из этого? Ну, родилась она в Польше, да хоть в Африке.

Но мама настойчиво повторила: «Нет, в Польше родилась! И можно получить карту поляка». Мама выслала мне бабушкино свидетельство о рождении, мне в Киеве подтвердили, что можно получить карту. Я думал, это неделя-две, а мне в ответ: выучи польский язык, праздники, традиции.

- Дальше обучение?

– Пошел на занятия, и мне польский дался легко. Я ходил в польские костелы, где познакомился с полькой, она меня водила на встречи с поляками по субботам. Это была совершенно новая жизнь для меня здесь, в Киеве.

Через 3 месяца я сдал этот экзамен у консула в Киеве, получил карту поляка. После этого сказал тренеру, что хочу попробовать себя в Польше. Он заговорил про работающего в Польше Федора Лапина – тренера, с которым они когда-то пересекались.

Контактов тренера не было, и я начал искать его сам. Написал в фейсбуке на русском, на польском. Не отвечает. Жена – не отвечает. Сын – не отвечает. Писал пацанам, которых он отметил в фейсбуке. Из 7-8 человек ответил только один – дал мне адрес зала. А что мне этот адрес? Я его попросил, чтобы дал номер телефон Лапина, я с ним на русском договорюсь, а то мне 800 км переть, граница. 

На это он мне ответил: «Ты что, у нас здесь дисциплина, зал закрыт, я тебе и так адрес дал. Хочешь – в 10:30 в понедельник в зале». А это была суббота, и я в Киеве. Но ничего. Понедельник, 10:30, я уже в Варшаве. Нашел зал, попросил его на два слова. Объяснил ситуацию, что у меня есть карта поляка, мне 21 год, рекорд 7-0. Он сказал коротко: «Завтра на 11:30 приходи на спарринги. Но у нас все жестко, все по-настоящему, в полную силу».

В спарринге я отдал все свои ресурсы. Это была полная мобилизация. После этого Лапин сказал, что я им нужен, и предложил условия. Первое: комната в Варшаве. Правда, там жило 7 человек, но уже что-то. Второе: 20 долларов на питание в день. Этого я вообще не ожидал. Я и на жилье только был согласен, а тут еще и деньги. Третье: зал и оборудование. Это был стартовый пакет для бойца, которого я в Украине не имел.

У него царила дисциплина, он очень жесткий тренер. Мы бегали по 10 км, а я этого не понимал. Говорю: «Зачем мы это делаем, боя же нет?». Но он поставил правила: сказал – сделал. Помню, была интересная ситуация. Мы делали технику часа два, отрабатывали элементы, перемещения на ногах. Я уже мокрый, устал. И он по-польски: «Одеваемся». Я пошел в душик, выхожу, а он в ответку: «Ты что, сдурел?»

Как оказалось, «Одеваемся» – это не значит идти домой, а одеваться на пробежку на улице. Уже зима была. Вышли на улицу, а он с нами в свои 50 лет.

Думаю, сколько же он после двухчасовой интенсивной тренировки заставит нас бегать? Километра два?. Нет, 10. Я потом просто лежал в комнате и не мог ничего делать.

Такая вот у него методика: тренировки по боксу каждый день, а через день, уже после тренировок, у него чередуются бег и силовая. Некоторые думают, что результат добивается благодаря таланту. Нет. Это впахивание в зале, когда ты полностью этому посвящаешь свою жизнь.

- Как начал проводить бои в Польше?

– Я начал спарринговать с Камилем Шереметой – это тот парень, благодаря которому я попал в этот клуб. Сейчас у него возможен бой с Геннадием Головкиным.

Услышал, что в зале говорили о вечере бокса. Я спросил, можно ли провести здесь поединок? Загвоздка была в том, что я по-прежнему был на контракте со своим предыдущим менеджером. Чтобы разорвать контракт, нужны были деньги. Я предложил заплатить из тех денег, которые мне Лапин платил за спарринги. Но он нашел человека, который дал 2000 евро на этот бой, заплатил за соперника.

Против меня вышел россиянин Карасев, который проигрывал досрочно очень мало, а мне удалось его нокаутировать в первом раунде. Мне дали микрофон, я всех поблагодарил по-польски – и тут «хоп». Промоутеры все здесь, увидели маркетинговый ход.

До этого обо мне Василевскому (нынешний промоутер Федора – Tribuna.com) говорили, но им я не был интересен, ведь украинец. Но он увидел, что я говорю по-польски, корни польские. После боя он предложил контракт.

Когда закончился контракт с Фондю, я подписал с Василевским. 

Затем мне организовали бой с поляком, который у них более-менее известен. Я его нокаутировал за 13 секунд по печени. Для маркетинга все получилось очень круто. Сразу после боя взял микрофон и начал там «Дженкуе», благодарить всех и так далее. Вот так и начиналась моя карьера.

- Как поляки приняли подписание контракта с украинцем?

– Сейчас уже нормально. А когда выставили на польский сайт, что украинец подписал с ними контракт, там такой хейт начался. Они были против, ведь хотели, чтобы инвестировали в поляков и собственную молодежь. Сейчас у меня уже большая польская поддержка. Узнают в Польше намного чаще, чем в Украине.

Это от того, что бои транслируются на главном польском канале, язык я знаю, у меня польские корни. Но я ни в коем случае не перекрашиваюсь. Я не говорю, что я поляк. Нет. Я им говорю, что с детства я выступаю под флагом Украины, у меня родители украинцы, все друзья. Я не могу получить польское гражданство и поднимать польский флаг. Нет.

Я очень горд, что имею отношение к Польше, они дают мне шанс развиваться, полюбили, но буду держаться своего, как в свое время держались своего братья Кличко в Германии. Поэтому я очень ценю польский народ и хотел бы показать с той стороны, что и украинцы, и поляки нормальные. Я не говорю соединять наши народы, я же не пророк какой-то. Все мы люди, не нужно из этого делать политическую ситуацию.

Мне не все равно на страну. Я спортсмен, который всю жизнь этим занимаюсь. Мне предложили выступать в Польше, я выступаю и развиваюсь там. Польша дает это делать не только в спортивном аспекте. Я вот получил кредит на жилье. Хочу, чтобы и семья развивалась.

- Не было ли предложений от промоутеров в Польше принять их гражданство?

– Нет. Я им четко дал понять, что держусь украинской стороны, это мои люди, мой народ. Главное, что поляки сначала этого не понимали, но сейчас пишут: «Молодец, что держишься своего». 

Конечно, иногда пишут хейт: «О, бандера, до свидания!» Но уже есть люди, которые меня знают и загрызают таких в комментариях. Это приятно. Одна сторона поддерживает. Надеюсь, и в Украине меня начнут понимать люди.

- Какое было отношение к тебе сразу после переезда и сейчас, когда ты уже стал звездой в Польше?

– Когда я приехал в Польшу, чувствовалось напряжение из-за того, что я украинец. Это сразу какое-то клеймо почему-то. Я никогда не стеснялся, что украинец. Если послушать мои первые интервью, я с улыбкой на лице им говорил, что буду защищаться своими боксерскими умениями, а не флагами или картами поляка. Я хочу показывать свой стиль, свой бокс и дарить хорошие эмоции.

Люди видят, что я это искренне говорю. Сейчас мое мнение о Польше такое же, как было и раньше – хорошее. Люди уже узнают, отпал момент, что я чужой. Чувствую себя очень комфортно.

- Ты ведешь свои соцсети на польском и русских языках. Насколько благодаря этому возросла твоя фанатская база?

– У них очень популярен Facebook и фан-страницы. Они дуреют с этого. Просят высылать автографы, пишут в личные сообщения. Всегда выделяю на это время. Вот пример, парень пишет: «Мне 11 лет, мне очень нравится, как ты боксируешь, как относишься к Польше, к нашему народу. Я знаю, что ты украинец. Пожалуйста, вышли мне фотокарточку со своей подписью».

Как этому человеку не отправить что-то? Я ему выслал футболку, расписался. И таких очень много. Я не знаю, как наши к этому всему относятся. В Украине я и не боксировал толком, здесь себя не показал и не выиграл ничего. 

Там интересуются абсолютно всем: кто соперник, как боксирует и так далее. Мой последний соперник – Патрик Мэнди. Скажи это имя в Украине – его никто не знает. Скажут, что с каким-то мешком боксировал. А вот в Польше его очень хорошо знают, он боксировал с поляками. Писали: «Федору будет очень тяжело, но мы держим за него кулаки». Читаешь  – и это очень приятно, когда так поддерживают.

Поэтому я веду польскую страницу на польском языке. Конкурсы устраиваю, разыгрываю шорты, футболки, билеты на бой. Это классно, там этим живут. Instagram – более личное, туда публикую все, что хочу. 

- Если сравнивать жизнь в Польше и Украине, что сразу бросается в глаза?

– Порядок. Порядок во всем. Он начинается с вождения. Люди придерживаются всех правил, пристегнутый ремень – обязательно. Как-то я подвозил одного поляка и выехал на автобусную линию. Он мне сразу: «Ты что? Что ты делаешь?» Там не было ни полиции, ни камер, но они не позволяют нарушать.

У них нет понятия «деньги под столом». Все официально. Видно, что деньги не идут куда-то по карманам. Постоянно что-то развивается. Много вкладывается в молодежь, в волонтерские движения, в спорт.

Очень многие живут в кредиты. Но там кредиты такие, что не загоняют в клетки. Когда я раньше слышал слово кредит, меня током било. Кредит – ААА, машина в лизинг – ААА! Ощущения, будто ты в рабстве.

В Польше кредит под 3%, в лизинг машина – ты практически в ноль выходишь, если у тебя есть фирма. Понимаешь, что это действительно для людей. А если ты с польскими документами, это еще больше облегчает жизнь.

Хочется, чтобы в Украине тоже был порядок. 

- Если тебе поступит предложение выступить в Украине, в мейн-ивенте, согласишься?

– У меня контракт с Knockout Promotions на 5 лет. Мой промоутер никуда меня не отпустит, только через его согласие.

Хотел бы я выступить перед украинской публикой в родном Харькове? Почему бы и нет. Но на данный момент меня здесь практически никто не знает, кому оно надо? 

- Не было у промоутеров предложений вывести тебя за границу?

– Мне еще рано. Знаю, что Василевский в очень хороших отношениях с Эдди Хирном. Бойцы нашей компании выступают на площадке DAZN. Есть большая вероятность, что я смогу себя показать на этой площадке. Это вопрос времени и моих возможностей. 

- Украинцы приезжают на твои бои в Польше?

– На первых поединках были самые близкие друзья и отец. А сейчас подтягивается публика из других польских городов. Слышно в зале украинскую речь, что очень приятно. 

- В Украине много звезд, но вечера бокса не очень развиты. В Польше же собираются большие залы. Почему так?

– К сожалению, я тоже это вижу. Может, как-то приелось, что у нас страна чемпионов. Братья Кличко, Ломаченко, Усик, Гвоздик и другие ребята. Возможно, все уже привыкли, что наши везде разрывают и принимают это как должное.

Мое мнение, что в Украине не вкладывают в молодежь. Почему не сделать в андеркарде Усика, когда он собирал залы в Киеве, бой молодого бойца? Ему не нужно много платить.

Поставьте парня в андеркард, чтобы узнаваемым становился. Дайте возможность развивать себя. Чтобы он знал, что получит через несколько лет, если сегодня будет вкалывать как лошадь.

У нас много боксеров, есть золотая сборная: Усик, Ломаченко, Гвоздик – они капитальные красавчики. Но есть же и другие бойцы. Когда я возвращаюсь в Украину, в залах вижу много молодежи, у которой огонь в глазах.

Но когда тебе 18, нужно выбирать: учеба или спорт. Наседают родители, что в спорте никаких перспектив. Ты ходишь в зал, колотишь этот мешок, бьешь кого-то, а никто об этом даже не знает. Тренируешься, боксируешь, молодец, а что из этого? 

В 18 лет, когда у тебя пик, когда кровь с молоком, идешь в другое направление. Хотя перед этим всю жизнь посвятил спорту и не знаешь, чем другим заниматься. Весь этот труд насмарку.

- Ты сейчас выступаешь в среднем весе, кого считаешь самым топом в этом весе?

– Сауль Альварес делает историю. Геннадий Головкин – легенда, машина. Вот эти бойцы самый топ. За ними уже Деревянченко, Джейкобс, Андраде.

Вообще, эта весовая категория сейчас самая топовая. Их всех собрала площадка DAZN.

- С кем бы ты хотел в ближайшее время боксировать?

– Было бы интересно сразиться с Габриэлем Росадо, Джеком Кулькаем. Это уже достаточно известные ребята.

Сейчас нам нужен сейчас опыт, и мы не гонимся за топами. Нужно повышать уровень спарринг-партнеров. Мне удалось поспарринговать с победителем Суперсерии Каллумом Смитом в Англии перед его боем с Гроувсом. Три прекрасных спарринга, они хотели, чтобы я остался.

Моим соперником должен был быть экс-чемпион мира из Австралии Сэм Солиман, но он сломал руку. Вот таких бы выездов и соперников побольше.

 

- Твой рейтинг P4P.

– По порядку. Канело, Ломаченко, Кроуфорд. Дальше Фьюри, хотя раньше стоял Уайлдер. Инуэ, Усик.

- Твои мысли по бою Усика с Чисорой?

– Если Саша не остановится на ногах, если будет такая же работа, как с Гассиевым, то это будет очередной поход в школу для соперника.

***

Недавно Федор Черкашин стал амбасадором компании «Париматч», а это интервью было записано в Parimatch Fight Academy.

Первый титул Усика, череп Нужненко, триумфы Сенченко и Далакяна. Интервью с катменом Дмитрием Лучниковым

Автор

Комментарии

  • По дате
  • Лучшие
  • Актуальные
  • Друзья
Loading...