Блог Футбольный дайджест

Перестройка стадиона «Униона» болельщиками – легенда Берлина. Помогали чужие фанаты, работали 30 декабря в мороз

Как надо любить свой клуб.

– 20 градусов тепла, погода солнечная, осадков не предвидится! Госси – руководитель бригады на сегодня! – женщина в строгих очках с красной оправой улыбается, глядя на собравшихся работяг в жилетках.

– Госси, ты на месте?

– Я здесь!

– Марек?

– Я!

Вас уже смутила красная оправа? Не пугайтесь. Это не кадр из римейка «Приключений Шурика» и не репортаж кинохроники о передовиках социалистического труда. И хотя многие из собравшихся знают, что такое строительство коммунизма, они уже в курсе, что той стройке настал конец.

Берлинская стена рухнула, а жители восточной части Берлина воссоединились со своими родственниками на западе. С открытием архивов «Штази» все тайное стало явным – в том числе и в футболе. Успехи ГДРовского «Динамо», правившего под покровительством властей в 80-е, превратились в руины.

В старые времена дерби «Унион» – «Динамо» негласно считалось самым жарким в Восточной Германии. Противники режима поддерживали народный «Унион», и выложиться на все сто против ненавистного антагониста было делом чести. «Динамо» и сейчас кое-как существует в низших лигах, но историческое противостояние потихоньку уходит в прошлое.

Сегодня главный соперник «Униона» – «Герта». В прошлом году «Eiserne» («железные») одержали историческую победу, обыграв соседей из западной части Берлина в своем первом сезоне в Бундеслиге. На родном «Ан дер Альтен Ферстерай», что в переводе с немецкого означает «У старого дома лесника».

А вот дом «Униона» отнюдь не старый – в 2008-09 годах его перестроили. И 8 июля 2009-го открыли товарищеским матчем с «Гертой».

Перестроили свои же болельщики.

Женщина в очках с красной оправой – Сильвия Вайсхайт, болельщица «Униона» с 1977 года. Она ходит почти на все матчи, а очки – ее талисман. Красные цвета символизируют любовь и привязанность к клубу. «Eiserne Grüße» – так Сильвия заканчивает письмо мне и с удовольствием делится последними новостями об «Унионе»:

«Вот это ссылочка на трейлер документального фильма о нашем дебюте в Бундеслиге! Там даже я есть. Вот здесь про то, как фанаты «Вердера» благодарят нас за победу в последнем туре над «Фортуной». А тут архивные кадры 1978 года. Подожди, сейчас я пришлю тебе контакты других наших ребят!»

«Ан дер Альтен Ферстерай» нуждался в перестройке уже давно, но на то, чтобы нанять профессионалов на полный цикл работ, просто не было денег. Город отказался финансировать проект, а выкупить арену по символической цене в один евро помешали витиеватые правила ЕС.

На все про все муниципальный совет района Кепеник выделил клубу субсидии в размере 600 тысяч евро. Лига грозилась отстранить «Унион» от соревнований: здание было близко к аварийному состоянию. Тогда на форумах в интернете болельщики стали предлагать свою помощь. Слухи дошли до президента «Униона» Дирка Цинглера, тот поразмыслил и решил: почему бы и нет?

Сильвия – экономист и бизнес-коуч. По сути она никак не связана со строительной отраслью. «У меня был лишь небольшой опыт участия в подобных проектах. В конце 80-х я принимала участие в реновации отеля Bellevue – исторического здания в стиле барокко в Дрездене, – рассказывает Сильвия. – А уже после объединения занималась обустройством садовых комплексов в Австрии. Президент узнал об этом и предложил курировать работу волонтеров. Мне казалось, что я не справлюсь, но ребята из болельщицкой среды убедили: «Даже не думай, ты подходящий человек».

Сильвия выросла в небольшом городке Вильдау, что в Бранденбурге. Все свободное время она проводила на спортплощадке родного города. Тамошние друзья и подсадили ее на футбол: «А поехали с нами в Берлин, «Унион» играет» с «Ганзой»! Будет классно!»

«Унион» под проливным дождем победил 2:0, а Сильвия вот уже 43-й год с командой. В 70-е они ездили на футбол дружной компанией по пятьдесят человек и даже пробивали выезды. Умению работать с людьми она во многом обязана тем временам.

«А хочешь посмотреть, как мы следили за выполнением работ? Вот, держи файлики. Будешь, кстати, первым журналистом, кому я их отправляю. В Германии про нашу перестройку «Ан дер Альтен Ферстерай» уже и позабыли», – радуется она.

Строительные работы начались 2 июня 2008 года с символического жеста: бригадиры и строители выстроились на трибуне и затянули гимн клуба. «Плечом к плечу, за «Унион»!» – это был своего рода стартовый свисток.

Заявки на добровольное участие в реновации подали больше 2500 человек, а общее число рабочих часов составило 140 тысяч. Лишь восемь участников стройки получали зарплату: Сильвия как руководитель проекта, инженер-руководитель строительных работ и шестеро профессионалов-строителей. Помогали также и небольшие компании – частные спонсоры. Кто деньгами, кто лично, на месте.

«У нас тут самая крутая стройка в мире!» – под таким девизом фанаты и взялись за дело.

Участие болельщиков в расширении арены – еще и отсылка к историческому опыту. Понятие Subbotnik в широком смысле этого термина до сих пор в обиходе. В 1967-68 годах сотни людей последовали призыву помочь в работах по реконструкции западной и восточной трибун (есть в этом что-то символичное).

Кампания под названием «Берлин помогает «Униону» успешно завершилась в мае 1968-го, а вместимость «Ан дер Альтен Ферстерай» возросла с 12 тысяч мест до 15. В стройке наравне с обычными берлинцами участвовали игроки, тренеры и руководство клуба.

В нынешнем проекте игроки не брали в руки молотки и шуруповерты. Они нашли другой способ отблагодарить рабочих: провели открытую тренировку прямо на перестраивающейся арене.

Наивно было полагать, что изначально все пойдет как по маслу, учитывая текучку кадров и уровень подготовки строителей. Неудобства испытывали в первую очередь профессионалы, нанятые за деньги.

Главный инженер смог продержаться лишь месяц. Его сменщик управлял действом чуть больше, но еще через три месяца и он отказался работать с большой группой разрозненных, нуждающихся в обучении людей.

Тогда решили отказаться от руководителя извне совсем. Дело перешло в руки самих участников процесса, а из координаторов осталась только Сильвия.

Когда стало понятно, что строителей не хватает, на выручку стали приходить болельщики других команд и просто сочувствующие.

«Однажды мне позвонил парень из Лейпцига, его звали Отто. Он не имел никакого отношения к футболу, но его мама – ярая фанатка «Висмута», – Сильвия по старинке называет так нынешний «Эрцгебирге» («Висмут» – советско-германское предприятие по добыче угля). – Мама рассказала ему нашу историю, и он, как дипломированный строитель, загорелся идеей помочь. Сказал, что ему не нужно денег и всего лишь попросил устроить его на ночлег на то время, что он будет в Берлине. Один из наших фанатов подселил его к себе, и так этот паренек стал работать вместе со всеми.

На время реконструкции мы играли на маленьком стадиончике «Ян Шпортпарк». Как-то раз перед субботней игрой с дрезденским «Динамо» ко мне подошли пятеро ребят – фанаты гостей. Они заявили, что слышали о нашей инициативе и хотят помочь. Мы пообщались, и что бы вы думали: в воскресенье утром они как штыки стояли у ворот «Ан дер Альтен Ферстерай». В семь утра!»

Простым болельщикам доверили целый комплекс работ: от покраски до заливки бетона, электромонтажа и установки металлоконструкций. С 18 вечера до 6 утра рабочие заступали на ночную вахту. За комфортом людей следили четыре женщины, всем им было за 70 – на стройке их негласно прозвали «наши мамы». Сторожу на момент стройки шел 81-й год.

В обеденный перерыв работники устраивали чаепития. Болельщики, не участвовавшие в стройке, на свои деньги закупали мороженое, торты и сладости – те самые священные для немцев «кюхен». Чаепития стали традицией, которая не прекращалась ни на один день.

Фанаты трудились и днем, и ночью. Кое-кто отказался от отпуска, чтобы поучаствовать в инициативе. Те, кому было не под силу выполнять физический труд, помогали как волонтеры: готовили, разносили еду и воду, охраняли территорию. Занимались озеленением. Представлен был весь спектр профессий: от врачей и продавцов до представителей искусства и преподавателей университетов.

«На стройке мы поняли, что наш «Унион» – не просто клуб района Кепеник. Не просто клуб рабочего класса, каким нас принято считать. Здесь разнообразная палитра людей. «Унион» – это образ жизни», – говорил президент клуба Цинглер.

Торстен Градецки хорошо известен в артистических кругах Берлина – почти как его однофамилец из Леверкузена. Торстен работает мастером по сцене в оперном театре на Унтер ден Линден. А еще он фанат «Униона» с 1976 года.

Когда Градецки пришел в театр в середине 80-х, среди артистов было не так много болельщиков. Но со временем любовь к футболу объединила представителей искусства, и они основали свою группу под названием «Друзья «Униона» из берлинских театров». Сейчас в нее входят представители различных оперных сцен столицы и работники Берлинского драматического театра.

Торстен считает, что необходимо отойти от мнения, что футбол – удел работяг, не интересующихся культурной жизнью. Когда появляются свободные билеты на постановки в опере, он распространяет их в фан-клубе. Популярен даже балет. «Паре друзей поначалу было трудновато понять, но потом они втянулись и решили, что все это не так уж и скучно. Ну а теперь их за уши не оттянуть», – рассказывает мне Градецки.

И наоборот: люди искусства с удовольствием ходят на «Унион». «Культовый немецкий режиссер Вим Вендерс делал постановки на сцене нашего оперного театра. Когда ему нужно было обсудить с мастером по свету некоторые нюансы, они решили встретиться на «Ан дер Альтен Ферстерай». «Унион» играл с Дюссельдорфом, а Вендерс – с детства за «Фортуну», – говорит Градецки.

Даже режиссер-постановщик Государственный оперы Юрген Флимм не удержался от чар закадычных друзей по «Униону» и переметнулся в их лагерь. Флимм симпатизировал «Вердеру», но теперь в его кабинете висит флаг «железных».

Сочувствующие клубу театралы однажды пытались вписать тематику в спектакль.

«Мы ставили в Италии оперу Гаэтано Доницетти «Любовный напиток», – делится Градецки. – По задумке главный герой должен был быть в форме футбольного клуба. Мы хотели одеть его в цвета «Униона», но костюмеры настояли на том, что это должна быть местная команда. В итоге он играл в футболке «Пармы».

В нашем театре чрезвычайно пестрый состав, представлено больше 50 стран. «Унион» стоит особняком, но у нас тут фанаты футбола со всего света – и каждый поддерживает своих».

На стройке Торстен помогал с закупкой расходных материалов. И работал вместе со всеми в ночную смену. «Дух оптимизма, который я ощущал буквально нутром, пронизывал все. Люди объединились, чтобы служить общему делу».

С самого начала «Ан дер Альтен Ферстерай» был для него местом встреч единомышленников, а не пристанищем эстетов: «В 70-е «Унион» показывал будничный футбол. Нас притягивала атмосфера. Присоединялись даже фанаты «Герты», волею судеб оказавшиеся по восточную сторону стены».

Дерби с «Динамо» не забываются. Главный редактор сатирического журнала Eulenspiegel как-то сказал: «Не каждый из врагов народа – фанат «Униона», но каждый фанат «Униона» причислен к его врагам». Это правда. Мы быстро поняли: с нашим государством что-то не так – и матчи были способом отстраниться от реальности».

Для Торстена перестройка арены – важная тема.

Во-первых, дело в исторической памяти. В начале 90-х существовала реальная возможность того, что клуб переедет на новое место в районе Остбанхоф – это почти центр Берлина. Кепеник же, где каждый второй поддерживает «Унион», находится на самой окраине города.

Естественно, фанаты восприняли идею переезда, которую лоббировал бывший президент клуба Хайнер Бертрам, как оскорбление. Уличные демонстрации привели к диалогу в городской ратуше, и от непопулярного решения в руководстве отказались.

Фанаты «Униона» идут на футбол; архивные кадры из ГДР

Во-вторых, Торстен знает, что такое затянувшаяся перестройка. Реконструкция его родного театра, впервые открывшего двери посетителям в 1743 году, стала целой эпопеей. Здание Берлинской государственной оперы планировали отреставрировать в течение пяти лет: с 2008-го по 2013-й. В действительности работы завершились лишь осенью 2017-го. Все это время театр вынужден был принимать зрителей на сцене старого Театра Шиллера.

Государство выделило на строительство грант в размере 200 млн евро. Однако в итоге стоимость проекта возросла с 239 до 440 млн евро, и с помощью налогоплательщиков покрыли 396,5 млн. Выяснением причин занялись в мэрии Берлина, но никого так и не наказали.

Рабочий день Сильвии начинался в 5 утра. Сначала она отвозила домой сторожа, а в 6:30 возвращалась на стадион. Как староста в университете, она каждое утро отмечала посещаемость. Неделю за неделей прибывали новые волонтеры – часть из них регистрировалась через интернет, но были и те, кто приходил без предупреждения. Новичков тут же обучали основам – под расписку.

В 7 утра Сильвия собирала всех, чтобы произнести мотивационную речь. То, что начиналось как разовая акция, так вдохновило людей, что они попросили сделать собрания еще одной каждодневной традицией.

Как-то раз Сильвия решила не двигать речь при всех, а просто отдала индивидуальные указания. Рабочие тут же воспротивились: нет, мы должны собираться все вместе!

После мотивационной речи строители расходились на символический перекус. Каждому по полбулочки за 10 центов. Зато обед, приготовленный теми самыми «мамами», был что надо. Продукты для обеда приобретались на деньги фанатов, которые не имели возможности принять участие в стройке.

В шесть часов вечера Сильвия возвращалась на «Ан дер Альтен Ферстерай», чтобы повторить все процедуры для заступавших на ночную смену. Торстен счастлив, что удалось избежать того хаоса, который царил во время реновации здания оперы. Пунктуальность для него – основа всего:

«Цимес моей работы в том, чтобы все делать вовремя. Я не могу подвести режиссера, актеров, осветителей, зрителей. Трансформации на сцене должны производиться в соответствии с задумкой авторов. Когда все готово и начинается постановка, ты ощущаешь волнение, которое, на самом деле, и есть суть всего. Это как вишенка на торте».

Все волонтеры были распределены по группам: с опытным начальником в каждой из них. За общим ходом процесса следили Сильвия, а также президент клуба Цинглер и его тезка, архитектор Дирк Тим.

Бетон на стройку поставлялся компанией Цинглера, а сталь – компанией его заместителя, Йорга Хинце. «В этом плане нам повезло, – говорит Сильвия. – Они договорились, что возьмут на себя расходы на поставку материала. Их представители просто приезжали и отгружали все необходимое – безо всякой бюрократии».

Сам президент шутил: «У меня есть бетон, а у Хинце – сталь. Хорошо, что я не сапожник, а он не пекарь».

Шутили без перерыва и сами строители. Один из волонтеров работал геодезистом, и его попросили пригласить на стройку кого-то из фирмы. В компании отнеслись к предложению поучаствовать с воодушевлением – пришел даже шеф.

«Мы в «Унионе» немного сумасшедшие и решили над ними подшутить, – рассказывает Сильвия. – Когда директор этой компании спросил, с чего начинать, я сказала ему: «Как с чего? Каждый, кто ступает на нашу землю, обязан проставиться. С тебя два ящика пива!» Но дядька оказался не промах: «Нет проблем, с вас пропуск!»

Этим же вечером я выписала абонемент и опустила в почтовый ящик его дома – выяснилось, что мы живем неподалеку друг от друга. На следующий день шеф геодезистов стоял передо мной с двумя ящиками пива. С тех пор мы крепко дружим.

Волонтерская работа несла и социальный подтекст:

«Наш маляр Марио тогда только-только восстановился после алкогольной зависимости. Вернувшись домой, он увидел сообщение о готовящейся стройке. Так он смог быстро войти в новый жизненный ритм. Марио сыграл важнейшую роль в реализации проекта, все 13 месяцев он руководил процессами по покраске. Здесь он получил огромную поддержку для себя. Марио до сих пор работает у нас волонтером: выполняет разнообразные работы на перестроенной нашими силами арене.

В Германии существует понятие Exiler – так называют людей, чьи родственники получили разрешение на проживание в стране, а сами они – еще нет. В период между Рождеством и Новым годом они буквально наводняют Берлин. У многих не хватает денег.

30 декабря 2008-го в строительстве приняли участие 50 человек из числа Exiler. Погода явно не шептала: минус 10, снег. Условия не лучшие, но вместе с ними на морозе пыхтели еще пятьдесят человек наших постоянных работников. Мы хотели, чтобы эти люди почувствовали, что они здесь свои, что для каждого найдется работа».

Не обошлось и без эксцессов. Сильвия рассказывает о них с читающейся между строк иронией:

«Под самый конец у нас произошла детективная история. Заказали кресла. С дизайном выдумывать ничего не стали: кресла традиционного для «Униона» оттенка красного – под цвет кузова пожарной машины. Помню даже его обозначение – RAL 2320. В общем, все подтвердили, ждем. До открытия стадиона шесть дней. И тут нам привозят кресла… Как бы это помягче сказать... В цветах той самой берлинской команды, которую нельзя называть. И которой руководил «Штази». Вы бы видели мое лицо! И вы бы слышали, что я тогда наговорила водителю, который привез нам эти кресла – он чуть не превратился в помидор от стыда.

Для всех нас, фанатов «Униона» – позор лицезреть такую расцветку на своем стадионе. Но деньги заплачены, и президент с архитектором решили: оставим так. Тут я взбунтовалась, и говорю: «Окей, давайте, но дальше тогда без меня!»

Мой уничтожающий взгляд был как никогда кстати. На следующий день все кресла демонтировали и привезли новые. До открытия оставался один день. В вечер перед открытием на помощь пришли 320 волонтеров. За считанные часы они установили больше трех тысяч сидений. В 23:30 мы привинтили последнее кресло. Это было невероятно».

Президент «Униона» Дирк Цинглер гордится тем, что смогли сделать простые болельщики: «Тот факт, что мы сами с относительно небольшим набором ресурсов можем делать такие проекты, говорит о многом. На нашем примере люди могут увидеть, что целей добиваются не только жадные менеджеры и торгаши, которые потеряли цену деньгам. Мы доказали обратное. В «Унионе» каждый что-то создает. Своими руками».

В Кепенике любят повторять, что их клуб – это семья. Сильвия осознала это на сто процентов во время стройки:

«Мы сблизились, почувствовали ответственность друг за друга, нам было крайне важно, чтобы клуб продолжил существовать. И чтобы мы могли ходить на родной стадион.

Я прожила 11 лет в Австрии, но моя связь с Eiserne никогда не прерывалась. «Унион» – это в равной мере спортивный и социальный проект. И даже сейчас, когда все труднее найти баланс между традициями и коммерцией, в президиуме нашего клуба по-прежнему есть люди, способные услышать фанатов.

То, что мы сделали – великое дело, и я благодарна, что мне доверили этот проект. Футбол и строительство – традиционно мужские вотчины. Отдать такое ответственное дело на откуп женщине было очень смело».

Однако коммерциализация футбола потихоньку начинает затрагивать и «Унион». Клуб наконец вышел в Бундеслигу, а здесь сложно оставаться в ладах со старыми принципами.

Торстен, как и Сильвия, верит в то, что его любимой команде удастся сохранить собственное лицо и ценности:

«Футбол как действо близок к искусству. Это прежде всего эмоции, которые ты выплескиваешь наружу. Но сейчас он перестает существовать в своей традиционной форме. Люди привыкли считать себя потребителями и ждут, что их будут развлекать.

В «Унионе» сумели уравновесить коммерческую и идейную составляющие. Мне нравится, что клуб с уважением относится к молодым фанатам, так называемым ультра: к их праву выражать себя и познавать свободу и ее границы. У каждого времени свои правила. Это наши дети, и мы должны учиться их понимать.

Готовность помогать друг другу для меня главное, чем богат «Унион». Мы заботимся о пожилых членах сообщества. Есть даже специальный каталог, где можно найти сотрудника из числа тех, кто поддерживает клуб. Я не раз пользовался этим, потому что знаю: наши люди никогда не обманут».

Открытие стадиона 8 июля 2009 года 

С момента перестройки арены прошло уже 12 лет, а ностальгия среди строителей все еще горяча. Будто у старых друзей, во времена студенчества ездивших «на картошку».

Но теперь в планах у «Униона» очередная перестройка и расширение «Ан дер Альтен Ферстерай». Число зрительских мест должно увеличиться с 22 до 37 тысяч. Вот только реализация проекта снова откладывается: к лету 2020-го, когда работы планировалось завершить, грандиозный проект так и не стартовал.

Что ж, пора Сильвии снова браться за дело!

Фото: globallookpress.com/imago sportfotodienst, via www.i/www.imago-images.de; Gettyimages.ru/Alex Domanski/Bongarts; instagram.com/Sylvia Weisheit; imago-images.de; unveu.de; stadion-an-der-alten-foersterei.de; fc-union-berlin.de

Автор

Комментарии

  • По дате
  • Лучшие
  • Актуальные
  • Друзья
Loading...