android-character-symbol 16.21.30apple 16.21.30@Combined ShapeЗагрузить фотографиюОчиститьdeleteinfoCombined ShapeИскатьsports_on_siteplususeric_avatar_placeholderusersview
Блог сотрудников и друзей Tribuna.com о том, что зацепило

Теги Зенит Халк

Халк: «Переехать в Японию меня заставила нужда»

В самолет, который вез «Зенит» из Дубая в Пулково после первых зимних сборов, можно было взять еще одну команду: все, у кого не было дел в Питере, в лучшем случае остались в Эмиратах, в худшем – улетели туда, где о работе не напоминает вообще ничего. Единственный футболист-иностранец на борту поговорил с «НЗ» на высоте одиннадцати с половиной тысяч метров и вспомнил, как по 30 часов летал из Бразилии в Японию, пытался забить «Зениту» в Лиге чемпионов и принимал предложение переехать в Россию, где, как оказалось, тоже можно быть счастливым.

 

Фото: Тимур Тургунов

– Любой легионер, если у него есть четыре выходных, садится в самолет и летит куда угодно, только не в Россию. Зачем вам в Питер?

– Ну как – моя семья, жена и дети, сейчас в Санкт-Петербурге. Мы вместе были в отпуске в Бразилии, теперь они вернулись оттуда. У детей такой возраст, что им нельзя пропускать занятия в школе, иначе догонять будет сложно. Поэтому и вернулись – они должны как можно больше учиться.

– Где учатся?

– В Питере, в международной школе. Они уже достаточно хорошо говорят по-английски, теперь начинают по-русски.

– То есть уже лучше вас.

– Ха-ха, ну, можно и так сказать. Но я отставать не собираюсь, русский язык – это одна из моих ближайших целей. Контракт у меня очень длительный, поэтому я на самом деле хочу как можно скорее сесть и взяться за язык. Сейчас, правда, было много разъездов, сборы, поэтому пока еще не садился. Но я буду стараться!

– На родительское собрание к детям уже ходили?

– Да, один раз были с женой. Вполне неплохо, мне понравилось. Учительница сказала, что, несмотря на то что мои дети пока не говорят на русском или английском очень хорошо, понимают они всё и играют с другими детьми легко. Всё им хорошо дается, они рады.

– Расписались во всех дневниках сразу?

– Нет, я выбрал такое время, когда людей в школе уже было не так много. Но те, кто был, – да, кажется, все автографы попросили.

– Вас такое отношение не напрягает? Давно вы, например, в последний раз просто так, без автографов гуляли по улице?

– Пойти и просто спокойно погулять возможностей у меня было немного. В первые месяцы после переезда график был очень плотный – игры, тренировки, снова игры, сборы и опять то же самое. Но пару раз выбирались в центр города. Я многого не видел, но понял, что он очень красивый. Впечатления прекрасные.

– Витсель жаловался, что ему в Лиссабоне невозможно в магазин сходить.

– Нет, в Питере, если сравнивать с Португалией или Бразилией, намного спокойнее – это точно.

– В общем, вы не маскировались.

– Да нет. Там, где я был, все узнавали, просили сфотографироваться, но все равно вели себя очень вежливо и воспитанно. Мне это тоже понравилось. Мне несложно дать автограф – я, даже когда гуляю с семьей, все равно стараюсь уделять этому внимание. Это важно, как мне кажется.

***

– 3 сентября половина Петербурга сидела в интернете и ждала, перейдете вы в «Зенит» или нет. Чем в это время занимались вы?

– А я был в Бразилии, в сборной. У нас были товарищеские игры 7 и 10 сентября, поэтому там тренировался.

– Почему вы решили покинуть «Порту»?

– Потому что за четыре года выиграл с этой командой все, что только можно, и мне нужен был новый вызов в карьере. И слава богу, что мне удалось сделать такой важный шаг. Я уверен, что буду в России действительно счастлив.

– Понятно, чего стоил ваш трансфер клубу. Вам он стоил хотя бы одной бессонной ночи?

– Нет. Когда поступило предложение, я уже был уверен в своем выборе, потому что «Зенит» всегда вел себя по отношению ко мне очень последовательно. Я знал команду, посоветовался с супругой, и она сказала, что примет любой мой выбор и поедет куда угодно. Поэтому особых волнений не было. Тем более что «Зенит» играет в сильнейших турнирах.

– В Питер вы прилетели с двумя сопровождающими, которые явно не выглядели как ваш отец или дядя. Сколько всего человек на вас работает?

– Достаточно много – у меня же как минимум большая семья. В Петербурге у меня есть два человека, две женщины, которые помогают следить за детьми. Есть и другие люди в России, которые работают со мной, и в Бразилии тоже.

***

– Считается, что в Бразилии в футбол играют все. Чем нужно отличаться, чтобы пробиться, например, в ­сборную?

– Да, это точно, все дети в Бразилии влюблены в футбол. Конечно, я тоже был таким – постоянно играл на улице. У моих родителей не было особых возможностей, чтобы как-то поддерживать меня, поэтому мне пришлось нелегко: когда появился шанс начать карьеру, я довольно рано уехал из дома и постоянно ездил на сборы, играл и тренировался. Но у меня всегда была мечта пробиться и стать большим футболистом. И слава богу, что все получилось: теперь я могу дать многое своей семье.

– Чем занимались ваши родители?

– Ничем особенным – продавали на рынке мясо.

– И до сих пор продают?

– Нет, сейчас они не работают и больше наслаждаются жизнью. Отдыхают дома.

– Главный авторитет в семье – отец?

– Нет, главный авторитет – это Бог. В первую очередь я всегда благодарил и благодарю его за то, что происходит. В особенности – за здоровье, которое он дает. У нас просто так принято, мы всегда были очень верующими.

– Так как вас в итоге заметили?

– Ну, с тринадцати лет я начал ездить по разным местам на просмотры, играл, а в шестнадцать подписал первый профессио­нальный контракт. Этот день я помню хорошо. Позвонил тогда отцу и сказал: «Папа, теперь мы будем богатыми!» Мне обещали платить где-то 500 реалов – это около 200–220 долларов. Огромные деньги! Отец, конечно, все равно продолжал продавать мясо, я помогал своей зарплатой, поэтому жить мы могли уже вполне неплохо.

– В клубе с контрактом на 200 долларов вы сыграли всего два матча. Как так получилось?

– Да, но это в первой команде. Сыграл, а потом сразу уехал в Японию. Получилось так, что скаут приехал оттуда за другим игроком, но президент «Витории» не отпустил его, поскольку он был очень важен для команды на тот момент, и сказал: «Забирайте вот Халка». Меня отдали в аренду, шесть месяцев я там пробыл, а потом подписали полноценный контракт.

– И где теперь тот игрок?

– Остался в «Витории», а теперь даже и не знаю. Моего возраста был парень. Может быть, играет еще.

***

– В Японию обычно едут не начинать, а доигрывать. Что там могло быть интересно молодому бразильцу?

– Так я же переходил из нужды. В «Витории» я к моменту переезда получал примерно тысячу реалов в месяц – около 500 долларов, – а в Японии предложили сразу 3 тысячи долларов. Конечно, я не сомневался – с этими деньгами можно было помогать семье, оплачивать счета и постараться в итоге купить дом для родителей. Вот поэтому и принял предложение – нужда заставила.

– В самолет вы в первый раз попали по дороге в Токио?

– Нет, я до этого летал один раз, когда мне было пятнадцать. В Португалию. Но Япония – это точно было первое серьезное путешествие. Если сложить все пересадки, летели часов тридцать.

– Это было ужасно?

– Ну, не ужасно, конечно, но сложно. А с другой стороны, в тот момент это была самая простая из всех сложностей. Я же шел к своей цели, все складывалось неплохо, и поскольку у моей семьи ничего не было, то нужно было ее обеспечивать. В общем, перелеты точно не были самым большим препятствием.

– А что было большим?

– Вся сложность была в том, что мне было 18 лет и я уехал в другую страну, где не знал и не понимал вообще ничего. Я ждал сложностей, а на месте увидел великолепную страну. Но, слава богу, нашлись люди, которые сильно мне помогли.

– Бразильцы, знающие японский, или японцы, знающие португальский?

– Бразильцы, конечно.

– Японский вы, я знаю, потом выучили. Полезный язык?

– Ха-ха, ну, сложно вспомнить, когда я на нем в последний раз говорил. Сейчас в этом просто нет необходимости – рядом нет людей, которые его знают. Но мы с женой иногда можем в шутку пару слов дома использовать. А когда он в последний раз пригодился, даже не помню.

– Что такое японский футбол?

– Ох, он совсем другой. Что видно сразу – там гораздо больше, чем в Европе или Бразилии, бегают.

– В смысле?

– Ну, все носятся по полю постоянно, причем очень быстро. Это было немного непривычно. Но в остальном японский футбол отличный от начала и до конца. Там все здорово – инфраструктура, стадионы. И поля. Где бы я ни играл – а я играл и во втором дивизионе, – поля были просто великолепные! И болельщиков на трибунах всегда очень много.

– И как они?

– Тоже отличаются. В Японии болельщики крайне воспитанные. Они с огромным уважением относятся к спортсменам и вообще очень любят футбол. Результаты там мало кого волнуют. Выиграл ты или проиграл, если тебя встретят на следующий день на улице, то будут очень вежливы. То есть поддерживают вообще вне зависимости от того, что происходит на поле.

– Скучаете без японцев?

– Да не сказал бы, что скучаю. Просто приятно вспомнить. Болельщики были отличными и в «Порту», и в «Зените» они прекрасные. Причем, что мне особенно нравится, нас одинаково поддерживают и дома, и на выезде.

– Полезные привычки из Японии у вас остались?

– Хм. Нет, ничего такого, никаких привычек. Но воспоминания приятные остались точно. Я уже когда играл в Португалии, возвращался в Японию, просто чтобы отдохнуть со своей семьей. Там правда отлично. Если соберетесь ехать, выбирайте Токио. Я в его пригороде, Кавасаки, прожил из трех с половиной лет два года, так что знаю, о чем говорю.

***

– Из Японии в Европу вы тоже поехали случайно или из нужды?

– Ну нет, это уже был важный момент, и случайности было не так много. Понятно, что я всегда мечтал играть в Европе, и Япония за три с половиной года меня многому научила. Когда мне представилась возможность перейти в «Порту», то появились и другие цели. Я мог вырасти как футболист, стать более известным и в итоге добиться того, чего давно хотел – попасть в сборную.

– После японского футбола вас в Португалии чему-то переучивали?

– Не сказал бы. Моя манера игры в принципе никогда не менялась. В «Порту» я просто должен был адаптироваться к новому для себя футболу, но то же самое мне нужно делать и в России, и в сборной. Везде свои требования к тактике, нужно понимать партнеров по команде, понимать какие-то реалии. Вот это я и должен был делать.

– С вашей правой ногой ничего сделать не пытались?

– Я каждый день пытался и пытаюсь что-то улучшить в себе – и правую ногу, и левую, и игру головой, если что-то не получается.

– День, когда «Порту» не смог выиграть у «Зенита», – худший для вас в Португалии?

– Ну, тогда просто «Зенит» был хорош, а не мы плохи. Мы ста­рались выиграть, делали все возможное, создали огромное количество моментов, но в итоге вынуждены были поздравить соперника: он отлично выглядел в обороне и добился результата. И когда потом «Зенит» играл с «Бенфикой», то я был уже за него.

– Известно, что, кроме всего прочего, в «Порту» вы успели получить какую-то невероятную дисквалификацию за драку со стюардом. Чем он вас обидел?

– Это было что-то вроде небольшой стычки в подтрибунном помещении на стадионе «Да Луж» в Лиссабоне. Там было много народу, но плачевно все в итоге закончилось только для меня – дисквалифицировали на 21 игру.

– Это как?

– Ну, сказали, что я и Сапунару, мой партнер по команде, ударили кого-то из представителей «Бенфики». Хотя потом мы смотрели видео, на котором понятно, что никто никого не то что не бил, но даже не трогал. Агрессии не было никакой! А в итоге я не играл три месяца. И когда «Порту» уже потерял все шансы стать чемпионом, наказание смягчили. Отбыл только 18 матчей из двадцати одного, последние три сыграл, но до сих пор не понимаю, почему все так сложилось.

– За что Данни дали в декабре три игры, вы тоже не поняли?

– Честно говоря, нет. Я не знаю, что он там такого судье сказал, но мне другое ясно: для нас, игроков, такие вещи всегда неприятны – мы-то хотим просто играть в футбол. Поэтому нас расстраивает, когда откуда-то берется шанс остаться за пределами поля по таким вот странным причинам.

– Вы с судьями в чемпионате России тоже уже общались.

– Да, я пытался обсудить какие-то спорные моменты, которые можно понимать по-разному. Конечно, пока я мало говорю по-русски, поэтому старался выразиться по-английски. Понятно, что и мы ошибаемся, и судьи, но такие беседы происходят на эмоциях, никакого умысла тут ни у кого обычно не бывает.

***

– Вы пять месяцев живете в России. Вам все здесь понятно?

– Как посмотреть. Ясно, что времени прошло немного, но я стараюсь адаптироваться по максимуму. Когда я приехал в «Зенит», то не отдыхал к тому моменту больше года и был очень уставшим. Теперь хорошо отдохнул, усердно работал на сборах и абсолютно уверен, что могу играть лучше и больше дать и команде, и клубу.

– Когда вы пришли, быстро стало понятно, что вы и «Зенит» играете по-разному.

– Сейчас ситуация изменилась. Конечно, когда ты приходишь в новую команду, то не всегда понимаешь партнеров, поэтому нужно одно – время. Предсезонная подготовка – очень хороший момент, чтобы все исправить, и я считаю, что мы сделали все верно. Мне нужно было понять, как привыкли действовать партнеры, как они привыкли располагаться на поле, принимать мяч, как привыкли, чтобы их партнеры открывались. Сейчас я знаю ребят лучше, они знают меня, мы понимаем, как нужно двигаться, использовать пространство. К тому же мы провели товарищеские игры, в которых такие вопросы сыгранности решить гораздо проще.

– В Японии вы забивали в каждом матче, в Португалии – прямым ударом с углового. Почему все это не получается повторить здесь?

– Пока, может, и не получается, но я уверен, что смогу все это сделать, потому что буду делать все, что в моих силах, чтобы помогать «Зениту» выигрывать и выигрывать трофеи. Это моя главная цель.

– Дети обижаются, когда вы не забиваете?

– Ха, конечно, они все время просят: «Папа, забей, ну забей для нас, пожалуйста». И когда я возвращаюсь домой без гола, они могут расстроиться. Но для меня самое важное – адаптироваться в «Зените» до конца, а голы придут. Я хочу думать о командных целях, а не о себе лично.

– Детям-то этого все равно не объяснить.

– Конечно, это сложно, тем более что они маленькие.

– У них, кстати, не возникает вопросов, когда они Халка видят по телевизору?

– Нет, сейчас они уже все понимают: есть Халк из мультика и есть Халк-папа.

– Но показать его просят?

– А они уже сами умеют все показывать. У них есть с ним плакаты, игрушки и YouTube – они там, если надо, на него смотрят.

– Если вас позовут сняться в кино, вы на роль не супергероя согласитесь?

– Хм. Это сложно. Зависит от того, что за роль.

– Романтическая. Как в бразильском сериале.

– Ха-ха. Трудно сказать. Может, как-нибудь и подумаю над этим, но пока лучше останусь на поле.

– С другой стороны, вы же постоянно поете – можно в мюзикл.

– Это да. Петь я люблю!  

***

Интервью: Егор Крецан

***

Наш „Зенит“»: № 12

  • интервью Константина Зырянова
  • лучшие историки, коллекционеры и статистики «Зенита»
  • любимые сериалы Александра Анюкова— болельщики, приехавшие поддержать «Зенит» в Ливерпуле
  • путеводитель по Грозному
  • новый способ купить билеты на «Зенит»
  • главное о футбольной статистике

Купить в клубных магазинах

РЕЙТИНГ +5

Свежие записи в блоге

11 декабря 17:11
«Боруссия» снова уволила тренера. Катастрофа все ближе

10 декабря 18:08
«Выглядит на 50 лет, а играет как в 28». Он возобновил карьеру и спас «Баварию»

9 декабря 10:22
Лучший футболист сборной Перу не едет на ЧМ. Из-за кокаина

8 декабря 12:11
Эта Лига Европы станет лучшей в истории

8 декабря 00:25
Эйфелева башня и спорт: они обожают друг друга

7 декабря 23:18
Роналду догнал Месси по числу «Золотых мячей». Все их трофеи

7 декабря 08:14
Еще один рекорд Роналду, АПЛ покоряет Лигу чемпионов

6 декабря 08:12
«Атлетико» мимо плей-офф, Неймара забросали фальшивыми банкнотами

4 декабря 23:09
Сколько стоит билет на футбол в Европе

3 декабря 18:06
Виллаш-Боаш уехал из Китая. Ради самого тяжелого ралли на внедорожнике

Сегодня родились

Лучшие материалы