Реклама 18+
Реклама 18+
Реклама 18+
Блог Книжная лавка Блэка

«Я пытаюсь понять, как мечта стать хоккеистом превратилась в кошмар». Автобиография Шона Пронгера. Часть I

Возможно, это не самый звездный хоккеист, хотя и обладающий весьма звучной для хоккейного мира фамилией, но вам будет интересно узнать об особенностях жизни игроков с новой точки зрения. Мы уже узнали, каково быть звездами, с какими проблемами сталкивается тафгай, а теперь постараемся получше понять, как живется хоккеистам, которым совершенно не гарантировано место в основном составе, и чей сезон проходит в переездах между НХЛ и фарм-клубами.

Где я? Как я здесь оказался?

Предваряя ваши вопросы, позвольте прояснить ситуацию. У меня нет сотрясения. И я не в тюрьме. Я сижу в своей съемной комнатушке, пялясь на голые стены, и пытаюсь понять, как мечта стать профессиональным хоккеистом превратилась в кошмар.

Может, все дело в синяке под глазом и разбитом носе? Может, меня напрягает зарплата в 500 долларов в неделю и игра в ECHL? Может, меня смущает перспектива очередной 8-часовой поездки на автобусе лишь для встречи с группой кретинов, которые даже не всегда замечают, что на льду есть шайба? Возможно, пора бросить все это к чертям и заняться чем-то другим?

Думаю, после таких вопросов вам станет легче понять, в каком плачевном состоянии я находился в тот момент. Если парень, который всю жизнь играл в хоккей или мечтал играть в хоккей, внезапно начинает думать, что лучше сменить род деятельности, то дела реально плохи.

Да, когда я рос на морозных улицах Драйдена, провинция Онтарио, я не мечтал об игре в лиге Восточного побережья. Мою детскую карьеру можно описать самыми клишированными фразами. Мы с друзьями играли в хоккей каждую свободную минуту. Ночью мы ложились спать, мечтая о следующих матчах, о звездном будущем в НХЛ. Я мечтал поднять над головой Кубок Стэнли, а не Кубок Патрика Джея Келли или Кубок Райлли. Или как эта фигня называется в этой лиге? Я был обычным канадским мальчишкой, росшим в обычном канадском городке и считавшим, что путь в большую игру для него открыт.

Наверное, другие люди верили в меня тоже. Иначе я не был бы капитаном практически в каждой своей детской команде. И в колледже тоже. Хорошо, никто не считал меня гением, но даже в НХЛ находились люди, которые что-то видели во мне. Например, мужик по имени Брайан Бурк, который выбрал меня в третьем раунде драфта. Казалось, все идет по плану.

Я всегда усердно трудился, слушал тренеров, не искал обходные пути. Я любил игру. Но, кажется, у хоккея ко мне другое отношение. Он не видел того, что видели другие люди.

После четырех лет в Университете Боулинг-Грин и процедуры драфта я был уверен, что контракт в НХЛ не заставит себя ждать. Сначала, конечно, придется поиграть в фарме, но потом меня ждет долгая и хорошая карьера в главной лиге.

В первой части я был прав: наступила осень 1994 года, и я был направлен в фарм-клуб. Но я не учел, что никто в низших лигах не хочет помочь юнцу из колледжа сделать шаг вперед. Все рады поставить тебя на свое место. Когда ты впервые играешь среди мужиков, а твой младший братик уже стал звездой в НХЛ (я упоминал, что у меня есть брат?), то тебе нужно готовиться защищать себя вербально и физически. Время моей проверки настало довольно быстро.

В первом же контрольном матче. Хочу отметить, что многие недооценивают жесткость хоккея в играх команд из колледжей. Но игроки обязаны носить маски, поэтому там совершенно по-иному относятся к силовым приемам. Ты не боишься получить клюшкой или локтем в зубы.

В первом матче я бегал, словно все еще играю за колледж. В какой-то момент я увидел, что защитник соперников едет с низко опущенной головой. Такого момента я не мог упустить. Я просто сокрушил его. Судья выписал мне две минуты за грубость, но мне было плевать. Я был уверен, что провел чистый хит и что моим партнерам это понравится. Вот он – настоящий хоккей.

Пока я продолжал поздравлять себя, я не учел, как на это отреагирует соперник. Пока я ехал к скамейке штрафников, один из них подъехал ко мне и прорычал: «Смотри по сторонам, сосунок, тебе скоро влетит». Чего такого я сделал?

Вернувшись на свою скамейку я спросил одного из ветеранов, считает ли он мой силовой прием грязным. «Нет». – «Так почему же они хотят драться со мной?» – «Ты достал одного из них. Они не позволят думать, что их можно просто так расшвыривать по льду». – «Ясно, а если я попробую спустить эту ситуацию на тормозах?» – «Нет, он будет драться».

Моего соперника звали Тодд Харрис. И мы подрались. И ему не удалось меня вырубить. Но синяки на моем лице и кулаках стали хорошим  напоминанием, что я уже не в NCAA.

Я не хочу сказать, что в ECHL все так плохо. Более того, уровень игры оказался гораздо выше, нежели я думал прежде. Уверен, что причиной этому стал локаут-94. Он вызвал «эффект домино», когда игроки из НХЛ поехали в АХЛ, чтобы поддержать форму, так что многие парни из АХЛ в поисках работы были вынуждены перебраться на Восточное побережье.

Но когда ты молод, тебе сложно верно оценить ситуацию. Ты лишь видишь, что вещи выглядят не так, как ты себе представлял. В колледже я бился за чемпионство на глазах переполненных трибун. Теперь я участвую в драке стенка на стенку на захолустной арене в Теннеси.    

В колледже у всех есть мечта. Мы говорим о голах, передачах и будущем. Мы сделаем это! Мы попадем в НХЛ! Теперь же я бы лицом заблокировал щелчок Эла Макинниса за душ с горячей водой.

Наверное, не все могут понять мои чувства. Тогда представьте, что вы годами копили и строили дом. И как только он построен, вы узнаете, что не имели права застраивать данную территорию и вы обязаны его снести. Как вам?

А теперь представьте, что вы всю жизнь шли к своей мечте и теперь понимаете, что вся ваша работа, возможно, пошла псу под хвост. Именно так я чувствовал себя, пялясь на стены своей комнатушки в Теннеси.

Конечно, это был Молодой Шон Пронгер. Как я узнал потом, и более Глупый Шон Пронгер. Занятно думать, что моя судьба была в руках этого пацана. Если бы мужик, который сейчас сидит на диване мог бы пообщаться с тем юнцом… Интересно, если бы Молодой Шон встретил на своем пути прорицательницу, как бы прошел их сеанс?

– Шон, карты говорят… Я вижу контракт с клубом НХЛ в неотдаленном будущем.

– Я знал это! Это большое облегчение.

– Ну, начать тебе придется в IHL, а потом вновь вернуться в ECHL.

– Это уже не так обнадеживает.

– Подожди, я вижу болезненную травму, которая поставит крест на твоем первом сезоне в профессионалах.

– Травма?

– Тихо, Шон, я только начала свой рассказ. Свой второй сезон ты начнешь в тренинг-кэмпе команды НХЛ, и я вижу выставочный матч против команды в синих свитерах.

– Правда? «Рейнджерс»? Это звучит круто.

– Погоди… ты сыграешь первую встречу в НХЛ до того, как тебе исполнится 23. Хотя я не вижу долгого пребывания. Через пару недель тебя вновь ждут разъезды на автобусе.

– Как долго?

– До конца сезона и половину следующего. Но ты вернешься в высшую лигу и тебя не отошлют назад. Правда, я вижу перемены в марте.

– Обмен?

– Возможно. Также я вижу радостное лето и контракт с одной суммой в нем.

– Односторонняя сделка? Наконец-то!

– Значит ли «односторонняя сделка», что ты получишь билет в одну сторону в начале октября?

– Да ты шутишь.

– Карты не врут. Твою жизнь ждут перемены. Я вижу игры в НХЛ. И другие игры, но уже в другом свитере. И еще игры, но вновь в другой форме.

– Притормози. Это все один сезон? Хуже уже быть не может.

– Вообще-то может.

– Да ты шутишь. Сколько карт со смертью у тебя в этой колоде?

– Видимо, для тебя больше, чем для остальных. Ты проведешь большую часть сезона в минорах, но потом тебя вызовут в основу и ты даже сыграешь, что, правда, станет твоим последним матчем в НХЛ. Хотя сам этот матч забудут не скоро.

Наверное, мне даже повезло не встретить такую предсказательницу. В противном случае, Молодой Шон вполне мог плюнуть на все: «Да пошло оно…». К счастью, он был слишком глуп, чтобы четко представлять свое будущее. И я благодарю его за то, что он слепо следовал своей мечте. В противном случае, я мог бы сидеть за барной стойкой и втирать всем, каким выдающимся игроком я мог бы стать. И эти сожаления съедали бы меня изнутри.

Чуть Более Взрослый Шон кое-что уже уяснил. Если я не выиграл «Конн Смайт Трофи», то это не значит, что моя карьера не удалась. Я мечтал пробиться в высшую лигу, и я добился этого. Пусть я никогда не был суперзвездой. Но я могу рассказать своим детям, как их папаша противостоял лучшим игрокам в истории. Как он выигрывал вбрасывания у будущих членов Зала славы. Как он время от времени забивал элитным вратарям лиги. А чтобы узнать подробности моей ярчайшей карьеры, им достаточно будет прочесть эту книгу. Как и вам.

Продолжение следует...

Оригинал

Автор
  • Tribuna.com

Комментарии

  • По дате
  • Лучшие
  • Актуальные
  • Друзья
Реклама 18+
Реклама 18+
Включите уведомления,
чтобы быть в курсе самых важных новостей