Загрузить фотографиюОчиститьCombined ShapeИскать

Фотоувеличение. Яна Шемякина

Tribuna.com открывает новый цикл, в котором лучшие украинские спортсмены делятся фотографиями из собственных архивов и личными историями.

В детстве я была очень полной, но спорт все мои жировые складки преобразил в мышцы. Правда, когда была маленькой, хотела стать совсем не спортсменкой, а доктором. Но в 11 лет занялась фехтованием, и тут мои мечты резко изменились. До этого я занималась лыжами и танцами, но с лыжами закончила, когда сломала ногу и долго восстанавливалась. А с танцами пришлось завязать, потому что у родителей не было на них денег – это было дорогое удовольствие. Фехтование было куда доступнее, к тому же тренировки родителям помогал оплачивать мой тренер Андрей Орликовский.

Честно говоря, поначалу мне нравилось не само фехтование, а атмосфера тренировок и тренер, который уделял мне так много внимания. Ну и еще мальчик один очень понравился, который с нами занимался.

Жаль, что брата Володи нет на этом снимке, была бы вся семья в сборе. Таким вот составом, впятером, мы жили в маленькой коммунальной квартирке. У нас всегда было уютно, но я все равно долго мечтала заработать на собственную квартиру, чтобы родители переехали в нормальные условия. Собственно, ее мне наконец-то дали, хоть и не без проблем. Выделили сначала одну – но она оказалась, мягко говоря, не очень хорошей, не особо уютной и в не лучшем месте. Я от нее отказалась, потом была вторая – и только с третьего раза получила то, что нужно для жизни.

Первые соревнования, в которых я победила. Это 1999 год, мне здесь всего лишь 12 или 13 лет. Вручили большой кубок и даже деревянный кулон в качестве медали. Рядом со мной – все девочки, которые занимались у моего тренера, мои соперницы. А слева внизу на фото – девочка, которая привела меня на фехтование. Сама она уже давно его бросила, кстати.

Между прочим, после Олимпиады интерес к нашему виду сильно вырос. Раньше, помню, когда ездила по школам, надевали вместе с тренером свои медали, делали все возможное, чтобы затащить детей в зал. А сейчас они сами идут. У нас теперь занимается 25 человек, а до Лондона-2012 если из пяти оставался один, это считалось круто. Ну и да, если кто не знал, львовская школа фехтования — лучшая в Украине.

Это год 2002-й или 2003-й. Мы с сестрой поехали в Киев – я еще там не жила, тренировалась во Львове. Решила показать ей столицу, взяла с собой на экскурсию. Люба – мой самый близкий человек, мы с ней практически ровесницы, наша разница в два года почти не чувствуется. Она знает обо мне буквально все, так же, как и я о ней. Я вообще считаю, что семья для человека – это самое святое.

Когда переехала, поначалу очень скучала по близким. Долго привыкала, в Киеве же все иначе: другой ритм, другие люди, даже тренировки другие. Но сейчас мне в Киеве очень комфортно. Тут все бурлит, конкуренция на высшем уровне, все время нужно побеждать, чтобы куда-то пробиться.

Это я вернулась с Кубы с турнира перед чемпионатом Европы. 2005 год. На фото мой первый тренер Андрей Викторович Орликовский. Именно он сделал из меня фехтовальщицу, и вообще это очень важный для меня человек. А вот девочка справа – львовянка Анфиска Почкалова, обладательница Кубка мира по фехтованию на шпагах среди юниоров. Тут она только вернулась из Москвы, а сейчас – на Универсиаде в Казани. Я, к сожалению, не поехала. Давно не тренировалась и не хотела неподготовленной выходить, чтобы лишний раз не расстраиваться.

Анфиса – моя лучшая подруга по команде, но когда мы надеваем маски, становимся соперницами, поэтому в жизни дружить так, как мы дружим с сестрой, не можем. У нас ведь одна цель, а на пьедестале двух первых мест не существует. Тем не менее, она очень хороший человек, друг и помощник.

Кстати, на фото я совсем на себя не похожа – загорелая, с косичками. С такой прической поехала на чемпионат Европы и выиграла его – потом мне все говорили, чтобы я на фарт плела косички на все соревнования. Но я не стала – и Олимпиаду, видите, выиграла без них. Вообще я не суеверная, на приметы внимания не обращаю и считаю, что люди сами строят свою судьбу. Никакая черная кошка никогда мне не мешала добиться успеха. А вот если верить во всю эту чушь, то неудачи гарантированы.

Это уже 1/8 финала на Олимпийских играх в Лондоне. Фехтую с очень неудобной соперницей, румынкой Аной-Марией Брынзой. Я очень часто ей проигрывала, но и выигрывала не меньше. Ана – серебряный призер предыдущих Игр, двукратная чемпионка мира, до Олимпиады была первой в мировом рейтинге.

Мой бой с китаянкой Сунь на той же Олимпиаде. Полуфинал. В этот момент я наношу ей укол, и меня переполняют эмоции – а от них, как меня учили с детства, нужно избавляться, иначе будут мешать. Поэтому сжала кулак и кричу, что есть сил – хотя за маской этого, наверное, не видно.

У Сунь очень длинная рука, она сама высокая и ей тогда было всего 20 лет. Она заняла третье место на Играх в личном зачете и взяла золото в командном. В китайской сборной Сунь Юйзце – вообще номер один, на чемпионате мира перед Олимпадой я ей проиграла и потом очень долго просматривала записи боя, пытаясь найти к ней ключик. В итоге вот получилось.

Снимаю маску, чтобы немного отдохнуть и настроиться на следующий поединок. Это такая приятная усталость – когда понимаешь, что фехтуешь на Олимпийских играх, и на тебя смотрят миллионы людей, среди которых твои родители.

С этим костюмом, кстати, была забавная история. Его привезли, как и остальным спортсменам, на тренировки перед Олимпиадой. И все эмблемы наносились там же. Так случилось, что мне ее нанесли неудачно: если приглядеться, можно было заметить, что краска на спине потекла. Все говорили, что это к неудаче, но я же не суеверная и никого не слушала. Мне пообещали в случае победы выдать новый костюм, но после золота он уже не понадобился – мысли были совершенно о другом.

Шпаги тоже имеют свойство ломаться, поэтому на соревнования берем с собой по четыре штуки. Я привожу только свои, они изогнуты специально под меня.

Человеку, который заканчивает спортивную карьеру, найти себя за пределами спорта очень трудно. Как только заканчиваются тренировки, у тебя просто забирают зарплату. Становится очень страшно.

За границей проще: больше спонсоров, у нас же с этим почему-то проблемы. Там спорт – как хобби, в Украине — это и учеба, и работа сразу. Поэтому когда заканчиваешь карьеру, остаешься ни с чем.

А вот это момент, когда я уже подымаюсь на пьедестал. В принципе, я стремилась выиграть медаль. Но считала так: если не в этот раз, то в следующий. Так и жила – ощущения, что это мой последний шанс, не было. А все вдруг осуществилось в один день. После этого какое-то время даже посещали мысли, зачем вообще дальше тренироваться, – ведь золото уже есть.

Это я с Бриттой Хайдеманн и Сунь Юйцзе на пьедестале. Кстати, о важности побед: если украинский фехтовальщик не занимает, допустим, призового места на Олимпиаде, ему не позавидуешь. У нас есть всего один коммерческий турнир, который проводится раз в год. И то, там неизвестно, повезет или не повезет. Получаем зарплату, но она совсем маленькая. Вот, к примеру, легкоатлеткам проще: у них есть Бриллиантовые лиги, они участвуют в турнирах, так что с деньгами куда легче.

Но вообще для меня все люди — равны, будь ты олимпийский чемпион, кандидат в мастера спорта или Президент Украины. Важен сам человек, его внутреннее составляющее, так что звездиться нечего. Кто-то силен в спорте, кто-то в математике. А внутри мы все одинаковы, у каждого свои недостатки, победы и поражения. У меня в том числе.

КОММЕНТАРИИ

Комментарии модерируются. Пишите корректно и дружелюбно.

Лучшие материалы