Загрузить фотографиюОчиститьИскать

    «Майка Ричардс обгонял меня на стометровке на 50 метров». Дауншифтинг в английском футболе

    Латвийский футболист Артем Буторин рассказал Ивану Калашникову, как прошел путь от академии «Манчестер Сити» до клуба девятого дивизиона.

    Артем Буторин (справа) в финале Ланкаширского кубка. Фото: AGBPhoto/Greig Bertram

    – Как вы попали в английский футбол?

    – Мои родители из Санкт-Петербурга, но я родился и начал играть в футбол в Риге. Когда мне было 12, мы переехали в Англию. Сначала поселились в Лондоне, нашли мне местную любительскую команду. Я в шоке был – мало того, что в каждом районе есть своя команда, так еще и скауты крупных клубов ходят по всем этим любительским турнирам, высматривают игроков. Я только начал играть, меня сразу заметили, и через пару месяцев пришло приглашение от «Челси».

    – Ого.

    – Ага. Причем я к тому времени уже начал болеть за «Тоттенхэм», потому что мы жили в северном Лондоне – но, конечно, был рад. «Челси» звал меня на просмотр, причем по молодежи это не неделя-другая, а целых шесть месяцев. В общем, предложили мне контракт на полгода, но родители нашли работу в Манчестере, и нам пришлось уехать.

    – Переживали?

    – Не очень, потому что почти сразу попал в академию «Манчестер Сити» – с таким же пробным контрактом, только на восемь месяцев. Тренировался с командой, смотрел, как работают старшие возраста, привыкал. Условия там сумасшедшие, тогдашнюю Латвию опережали лет на сто. Сразу бросился в глаза уровень подготовки – по сути, уже у детей отличный фитнес, прекрасная техника, довольно строгий режим. Утром футбол, потом обед, потом опять футбол. Даже в школу не всегда ходили.

    – Запирали на базе перед важными матчами, как в России?

    – Нет, в Англии такого не бывает. Хотя в «Ман Сити» были все условия, чтобы жить там – есть, ночевать и тренироваться. Некоторые так и делали, жили как в интернате. В «Брэдфорде» и «Олдхэме», где я потом играл, такого не было – даже если бы я захотел, остаться на базе было просто негде.

    – Как проходила адаптация? Вы же не знали язык, когда приехали?

    – Нет, не знал. Чтобы его нормально выучить, мне потребовалось два года. А потом я поговорил с одним ливерпульцем и понял, что надо еще два. Постепенно привык к жаргону, разным акцентам, но все равно бывают ситуации, как в моей нынешней команде: есть там пара человек, которые вроде бы англичане, а все равно на каком-то неизвестном мне языке разговаривают.

    – При этом в академиях клубов премьер-лиги не так уж много англичан.

    – В юношеских командах, вроде моей U-15, англичан было большинство, но были и шведы, итальянцы, французы, африканцы, латиноамериканцы. На происхождение никто никогда косо не смотрел, каких-то этнических группировок тоже не было. Вообще я как латыш был там самым экзотическим персонажем – практически никто не знал, где находится Латвия.

    – Кто из того возраста стал крутым футболистом?

    – Из местных очень выделялись Майка Ричардс и Дэниэл Старридж, который сейчас в «Ливерпуле». Честно скажу: уже тогда было видно, что эти парни будут играть в премьер-лиге, они сильно опережали остальных. Ричардс – машина, настоящий танк. Помню, я с ним бежал стометровку, добежал до середины дистанции, смотрю – а он уже финишировал.

    Майка Ричардс в 17 лет. Фото: Reuters/Mike Finn-Kelcey

    ***

    – Чем закончился просмотр в «Сити»?

    – Там у меня ничего не получилось, зато предложили новый контракт – в клубе «Олдхэм Атлетик». Это третий дивизион, причем «Олдхэм» там играет уже лет двадцать, не вылетая и не поднимаясь выше. Игроки были пониже уровнем, чем в академии «Сити», но условия все равно прекрасные. Я провел там два года и перешел в «Брэдфорд Сити» – та же лига, но клуб посолиднее, за пять лет до моего прихода играл в премьер-лиге.

    В «Брэдфорде» меня зачислили в молодежную команду. Молодежка – третья в клубной иерархии после первой и резервной команды. Дистанция между резервом и основой намного меньше, чем между молодежкой и резервом, поэтому в молодежке собраны в основном местные пацаны, которые часто играют без особых надежд на будущее. Разница с «Сити» колоссальная – и вот там я как раз оказался единственным иностранцем в команде.

    – Как это на вас сказалось?

    – Не очень хорошо. Я жил с четырьмя одноклубниками в общей квартире, и у них была настоящая банда – постоянно меня как-то задирали, издевались. Главным был Люк О’Брайен, его считали очень талантливым молодым игроком, а его дружбаны в основном были идиотами, которых в школе на второй год оставляли. Живя с ними, я совершенно не мог сконцентрироваться на футболе. Однажды я купил новые бутсы за 120 фунтов – для 17-летнего парня это было целое состояние. Повесил их на крючок рядом со своим местом в раздевалке, ушел, прихожу – бутс нету. Просто взяли и выкинули.

    – Где-то еще с подобным сталкивались?

    – В том-то и дело, что нигде. Ни в «Ман Сити», ни в других клубах ниже уровнем не было ни дедовщины, ни травли, ничего. А в «Брэдфорде» мне просто не хотелось в футбол играть. Когда закончился двухлетний контракт, я даже обрадовался. А потом появился вариант в Австралии.

    – Где?!

    – В Австралии. Мельбурн, вторая австралийская лига, клуб «Уитлси Зебрас». В Англии есть агент, он работает непосредственно с Австралией: каждое межсезонье просматривает списки игроков, у которых закончились контракты со своими клубами, чтобы их можно было бесплатно подписать. «Зебрас» искали нападающего, и мне просто повезло, что он выбрал меня, нашел телефон и позвонил.

    – Как вы вообще на это решились?

    – Очень хотел как-то перезапустить карьеру, ну и к тому же мне понравилось отношение – мне нашли дом, оплатили билет. Когда мне было лет 16-17, «Брэдфорд» сообщил в федерацию футбола Латвии: у нас в клубе, мол, есть молодой игрок с латвийским паспортом. Меня вызвали в одну из юношеских сборных потренироваться, но ничего оплачивать не захотели – потому я и не поехал. А с Австралией все было по-другому – сразу дали понять, что я нужен.

    – На что похож австралийский футбол?

    – Там очень приличный уровень, в основном из-за европейцев. Греки, итальянцы, югославы, которые у себя на родине в достойных командах играли – благодаря им австралийский футбол похож на южноевропейский. Много техничных футболистов, все неплохо обращаются с мячом. «Уитлси Зебрас», кстати, получили название не в честь зебр, а из-за полосатой черно-белой формы, которую придумали основатели клуба – болельщики «Ювентуса».

    А Мельбурн еще так устроен, что едешь по городу и видишь – вот итальянское коммьюнити, вот македонское, вот хорватское. Как будто в Европе. В одном из матчей первой лиги играли команды македонской и греческой диаспор – вот это было настоящее дерби, просто жара! Тысяч пять на стадионе собиралось.

    – Похоже, вам там понравилось.

    – Да, причем не только футбол. Там же все время тепло. После тренировки можно сходить в море поплавать. Я бы вообще в Австралии жить остался! Но визу мне дали только на срок действия контракта, на год, а потом не продлили. Я все-таки играл в полупрофессиональной команде, а для новой визы нужно было зарабатывать значительно больше.

    ***

    Буторин (в центре) в матче за «Глоссоп»

    – В каком настроении вы возвращались в Англию?

    – Был готов заново что-то доказывать, но уже понимал, что играть придется в низших дивизионах, нужно будет работать параллельно с футболом. В принципе, так и вышло: после Австралии в футбольном смысле все пошло вниз по наклонной. Я стал рассылать по адресам клубов шестого-седьмого дивизионов, ездил на просмотры. Сезон-2008/09 я начал в «Уоррингтоне», потом играл за «Траффорд», потом оказался в «Глоссоп Норт Энд» – это девятая лига. С тех пор сменил еще три команды на том же уровне: северо-запад Англии, графства вокруг Ливерпуля и Манчестера. Сейчас играю в «Бейкап Боро».

    – Как устроен низовой английский футбол?

    – Все игроки работают. Тренировки два раза в неделю по вечерам, в выходные – игра. Я сначала устроился на складе, потом в стал больнице подрабатывать шофером, развозить пациентов с 6 утра до 2 дня. Со мной в команде играют электрики, сантехники, пожарные – в общем, люди понятных профессий. Те, у кого еще может быть будущее в футболе, стараются особо не делать карьеру на основном рабочем месте, потому что всегда могут приехать скауты, забрать в команду пятого дивизиона, например – это турнир уровнем ниже футбольной лиги, то есть формально полупрофессиональный, но игроки там часто тренируются каждый день. Это уже фулл-тайм, можно бросать первую работу.

    – Я правильно понимаю, что вам платят за каждую игру?

    – Да, я получаю 60 фунтов за матч (около 3000 рублей – прим. Sports.ru). Водителем зарабатываю заметно больше. Хотя некоторые футболисты, особенно при помощи агентов, могут получать совсем другие суммы – особенно если они когда-то играли в хороших командах, сделали себе имя на уровне второго-третьего дивизионов. Или вот в «Бейкапе» со мной играет мой ровесник Эдриан Беллами, он тоже числился в «Брэдфорде», – ему платят 220 фунтов за матч.

    – Неплохо.

    – Вот именно. Остальным, в том числе и мне, приходится думать в первую очередь о постоянной работе. Через два-три года буду заканчивать с футболом, попробую стать водителем-дальнобойщиком. Для этого нужно много выучить, сдать два экзамена – непросто, зато довольно престижно.

    Зато футбол для меня сейчас – это всегда удовольствие. Да, карьера не сложилась, зато в низших английских лигах есть все те же прелести, что и в высших. Когда я играл за «Глоссоп Норт Энд», на матчи постоянно ходили несколько сотен человек – причем не только в выходные, но и среди недели. Местное дерби «Глоссоп» – «Нью Миллз» – по ощущениям вообще игра премьер-лиги: полный стадион, две тысячи человек, файеры, песни на протяжении всего матча. Я оттуда ушел три года назад, но в каждом сезоне, когда приезжаю с новой командой, фанаты «Глоссопа» поют мое имя и хлопают.

    – Действительно как в премьер-лиге.

    – Отношение англичан к футболу вообще на всех уровнях сохраняется. В городках и деревнях на несколько тысяч человек игрок из команды девятого дивизиона все равно будет селебрити. Зайдешь пообедать – к тебе обязательно подойдут, скажут что-нибудь, фото сделают, автограф попросят. В некоторых местах прямо чувствуется футбольная культура: когда играем в окрестностях Лидса, там всегда хорошие поля, неплохие стадионы и прочая инфрастуктура, а болельщики любят футбол – и всегда хорошо принимают. Конечно, есть и места, где фанаты на тебя орут матом всю игру – например, гопнические пригороды Манчестера, – но это, в общем, тоже часть традиционного английского футбола.

    – Традиция отмечать победы в пабе всей командой тоже жива?

    – Не, этого уже давно нет. Сильно пьющий английский футболист – миф. Во-первых, за нарушения режима быстро выгоняют из команды, потому что на таком уровне довольно просто найти замену любому игроку. Во-вторых, болельщики сейчас относятся к этому по-другому – если кто-то увидит выпивающего футболиста в пабе, то напишет в твиттер, выложит фото, потом это попадет в местную газету, ну и будет мини-скандал. Я же говорю, игроки низших дивизионов – тоже селебрити. Поэтому они не бухают. Мы раз в месяц можем собраться всей командой на закрытую вечеринку, но и там никто злоупотреблять не будет.

    – Какие еще мифы об английском футболе стоит развенчать?

    – Он уже давно не такой брутальный, как принято думать. Более того, на каждом уровне, от десятой до первой лиги, в молодежках и резервных командах учат играть в одно-два касания – как в Испании. Игра становится быстрее. Это не отменяет фланговых подач, ударов головой, борьбы, но в целом английский футбол стремится быть похожим на континентальный.

    ***

    Поле стадиона «Бейкап Боро»

    – Главный местный футбольный фетиш – Кубок Англии, старейший турнир в мире. В низших дивизионах к нему по-прежнему особое отношение?

    – О, это просто культ! Все знают, что в кубковых матчах надо выкладываться по полной, ведь это и слава, и деньги, и возможность сыграть с крутыми командами на крутых стадионах. Даже если ты играешь в девятом дивизионе, через два-три раунда Кубка Англии можно вполне поймать большой клуб – и это будет праздник, такое не забывается.

    – Вам приходилось участвовать в таких кубковых матчах?

    – В Кубке Англии – нет, но к другим кубкам тут такое же отношение. В 2009 году «Глоссоп Норт Энд» дошел до финала FA Vase, это кубок для полупрофессиональных команд. Финал проводился на «Уэмбли» – и в этот день в городе буквально никого не осталось, все уехали в Лондон! А с «Бейкап Боро» мы вышли в финал Ланкаширского кубка вызова, который состоялся на «Рибок Стэдиум» в Болтоне. Нас привезли на стадион, устроили торжественный обед для команды, показали по телевидению – в общем, такое раз в жизни бывает. Жаль, что сам финал проиграли.

    – Расскажите побольше о своем нынешнем клубе.

    – «Бэйкап Боро» главным образом известен тем, что у нас самое высокое поле в Англии – в смысле высоты над уровнем моря. Оно расположено в холмах и зимой неизбежно промерзает, из-за чего приходится переносить матчи. Вообще при отмене игры клуб штрафуют, но как-то исправить ситуацию довольно сложно – новый стадион не построишь, переезжать тоже не вариант. Да и человек, который отвечает за поле, работает здесь по совместительству, как и футболисты.

    Прошлая весна была довольно суровой, поэтому в мае мы сыграли восемь матчей за восемь дней – и что самое удивительное, ни одного не проиграли! Две победы, шесть ничьих, причем в двух матчах я играл не нападающего, а центрального защитника. Зато про нас написали в журнале Four Four Two, ну и выплатили премиальные. Говорят, эти деньги сначала хотели потратить на искусственное поле, но потом решили, что лучше хотя бы раз в жизни побыть героями – это точно запомнится навсегда.

    КОММЕНТАРИИ

    Комментарии модерируются. Пишите корректно и дружелюбно.

    Лучшие материалы