Загрузить фотографиюОчиститьCombined ShapeИскать

Незаслуженно забытый. Карьера Криса Маллина

NYC

Когда речь заходит о Нью-Йорке, то этот город вспоминают, прежде всего, как финансовую (Уолл-Стрит и нью-йоркская фондовая биржа), культурную (Бродвей) и туристическую (Таймс-Сквер, Статуя Свободы, Рокфеллер-центр, и сотни других достопримечательностей) столицу Америки. Все это, безусловно, справедливо и заслуженно. Но при этом Нью-Йорк никогда не причисляют к баскетбольным столицам США, что, на мой взгляд, глупо. Город буквально дышит баскетболом; поверьте на слово таджику, прожившему там полгода и исходившему его вдоль и поперек. Именно в этом городе была основана НБА и именно тут расположена ее штаб-квартира, здесь есть команда со славной историей и традициями («Никс»), самая знаменитая арена мира (Мэдисон Сквер Гарден), самый знаменитый стритбольный парк мира (Рокер-парк, в котором летом 2010-го был даже проведен World Basketball Festival) бесчисленное количество баскетбольных площадок, без которых не обходиться ни один жилой квартал в Бруклине, Квинсе и Бронксе (о Гарлеме я вообще молчу!) – стоит ли удивляться тому, что такой баскетбольный талант, как Крис Маллин, появился именно в этом городе.

Не знаю почему, но у меня никогда не возникало и мысли вглядеться в карьеру Маллина, до тех пор, пока я не опубликовал серию статей о великой «Dream Team», в комментариях к которой и появился формальный повод исправить мое невежество.

forgot

Кристофер Пол Маллин родился 30 июля 1963-го в Бруклине, Нью-Йорк. Город, который подарил ему любовь к баскетболу, стал и причиной главной ноши в жизни Криса – его отец Род, таможенный инспектор в аэропорту имени Джона Кеннеди, проводил все свое свободное время во хмелю в многочисленных злачных местах Нью-Йорка. Алкоголизм был дамокловым мечом семьи Маллинов – от него также страдали дяди и двоюродные братья Криса. Пока семья боролась с пристрастием Рода Маллина к бутылке, Крис искал отдушину и с головой ушел в плавание, где достиг заметных для своего возраста успехов в заплывах на 25 метров.

Какая затертая для Америки история – проблемы в семье и попытки убежать от постоянного стресса в спорт. Клише, которое, увы, не теряет своей актуальности и которое подарило нам столько удивительных спортивных личностей. Именно там, в плавательном клубе в районе Флэтбуш, Криса заметили баскетбольные тренеры из Catholic Youth Organization при школе Saint Thomas Aquinas Parish. Так юный Маллин пришел в баскетбол, который станет делом его жизни. Ему было где развернуться – в «Мэдисон Сквер Гардене» тогда играли Уолт Фрейзер, Уиллис Рид и Эрл Монро, в полутора часах езды от родного Бруклина был Гарлем, где главным развлечением афроамериканской молодежи был баскетбол, а тренеры Catholic Youth Organization тщательно пестовали талант худосочного белого паренька.

«Я обожал играть на улицах Гарлема, там всегда был этот непередаваемый дух уличных соревнований – постоянные попытки унизить оппонента, много индивидуальной игры, сумасшедшие проходы под кольцо. Однако, когда я приходил на тренировки в школу, то часто получал от тренеров за свой слишком броский, уличный стиль игры. Они заставляли меня возвращаться к базовым принципам – минимум ведения, всегда делиться мячом с открытым партнером, не создавать себе бросок, а грамотно открываться после сложных комбинаций. Я с детства впитал в себя академичный школьный стиль и бесшабашный стиль улиц».

Первые плоды своих трудов Крис увидел в возрасте десяти лет, когда выиграл национальный конкурс по броскам Elks Hoop Shoot в своей возрастной категории с результатом 23 точных броска из 25.

«Для меня это всегда было лучшим времяпрепровождением. На тренировке я забивал подряд двадцать бросков, и на следующий день не уходил из зала, пока не забивал двадцать один. На следующий день – двадцать два подряд. Вскоре это стало привычкой».

Слухи о таланте Маллина и рекомендации тренеров Catholic Youth Organization помогли ему по окончании средней школы – его с радостью приняла в ряды своих студентов знаменитая Power Memorial Academy

power

Католическая старшая школа для мальчиков Power Memorial Academy, просуществовавшая в Нью-Йорке с 1931-го по 1984-й, была тем, что американцы называют сочным и хлестким словом «powerhouse» – баскетбольной программе этой школы в 60-х и 70-х просто не было равных в Национальной Спортивной Ассоциации Католических Школ. Power Memorial Academy известна за свою рекордную победную серию в 71 победу, к которой приложил руку Лью Алсиндор, за свою команду сезона 1963-64, которая была признана величайшей школьной баскетбольной командой 20-го века, и за целый ряд своих бывших студентов, к которым, помимо Карима, относятся печально известный Дик Баветта, Лен Элмор, Марио Эли и наш герой Крис Маллин. Проучившись в знаменитой академии два года, Маллин перешел в Catholic Xaverian High School в районе Бэй Ридж, Бруклин, которую и закончил в 1981-м.

Выбор колледжа занимает особое место в американской культуре. По сути, это первое воистину фундаментальное самостоятельное решение, которое принимает молодой американец, если его семья может позволить себе такую финансовую роскошь или если есть все надежды на получение учебного гранта. У Криса были все основания на подобные надежды – он считался одним из лучших молодых баскетболистов штата Нью-Йорк, да и его школьные оценки позволяли надеяться на поступление в практически любое высшее учебное заведение страны.

Молодой Майк Кшишевски, лишь второй год занимавший пост главного тренера «Дьюка», очень хотел привлечь в свои ряды Маллина. Крис действительно всерьез рассматривал подобную возможность, однако не решился на такие радикальные перемены в жизни и переехал из Бруклина в соседний Квинс, поступив в St. John’s University.

«Я думаю игра за «St. John» в своем родном городе была правильным выбором. Естественно, порой я задумываюсь, как бы развернулась моя жизнь, прими я предложение играть под началом у великого Кшишевски. Возможно, я был бы лучшим… студентом?»

Однако Маллину грех жаловаться на выбор наставника – в 80-х команду St. John’s University тренировал сам Луиджи Карнесекка. Ласково именуемый публикой «Луи», Карнесекка в течение 24 лет возглавлял баскетбольную программу университета, ни разу не пропустив плей-офф NCAA, набрав рекордные для истории университета 526 побед при 200 поражениях, и «доигравшись» до двух титулов Лучшего тренера NCAA (1983-й и 1985-й) и до ввода в Зал Славы баскетбола в 1992-м. Именно Карнесекка сделал из Маллина того, кого американцы называют «a gym rat» – Крис стал проводить в спортивном зале дни и ночи, и его карьера заблистала новыми красками.

NCAA

Нет такой награды на студенческом уровне, которую Маллин не забрал себе за четыре года обучения в St. John’s University. Трехкратный участник символической сборной All-American, три звания Лучшего игрока конференции Big East, три награды имени Хаггэрти лучшему игроку Нью-Йорка – стоит ли удивляться тому, что Федерация Баскетбола США доверила Маллину представлять свою страну на Олимпийских играх-1984 в Лос-Анджелесе? Впервые покинув родной Нью-Йорк и оказавшись в Калифорнии (которой в будущем предстоит стать вторым домом для Криса), Маллин оказался среди таких титанов студенческого баскетбола, как Джордан, Юинг, Сэм Перкинс и Элвин Робинсон. Такая команда не могла проиграть – сборная США прошлась катком по соперникам, выдав 8 побед, включая унижение сборной Испании в финале турнира со счетом 96:65. На свое четвертый год в университете Маллин стал обладателем золотой олимпийской медали. 

Последний год в St. John’s University (1984-85) стал настоящим прорывом для Маллина. Вызов в сборную США наряду с лучшими игроками-студентами страны, победа в Олимпиаде, статус героя Нью-Йорка – чем не повод для вдохновения? Крис стал меньше брать игру на себя (количество очков в среднем за игру упало с 22.9 до 19.8 по сравнению с прошлым сезоном) и стал больше играть на команду (количество подборов и передач увеличилось на 0.4 и 0.3 соответственно в среднем за игру). В результате он получил награду имени Джона Вудена лучшему игроку студенческого чемпионата, тренер Карнесекка вновь стал Тренером года, а команда университета впервые в истории вышла в Финал четырех NCAA. В честь подобного события Эмпайр Стэйт Билдинг (который меняет расцветку освещения своей башни в честь определенных событий, будь то День памяти ветеранов или Рождество) осветился красно-белыми цветами St. John’s University.

Крис Маллин закончил свою университетскую карьеру в ранге лучшего игрока в истории St. John’s University и с добротной статистикой в 19,5 очка, 4,1 передачи, 3,6 подбора, 55% с игры и 84% с линии штрафных в 125 играх за свою альма-матер. О чем, однако, не принято вспоминать, так это о том, что именно в годы учебы в Квинсе у Маллина стала проявляться склонность к горячительным напиткам из-за его плохой наследственности, нагрянувшей после золота Олимпиады известности и подкрепленная выходом в четверку лучших команд студенческого чемпионата. Добавьте сюда неспроста заслуженную Нью-Йорком славу главного клубного города тогдашней Америки, и вот вам корни проблемы, о которой Маллин тогда не задумывался – впереди его ждала НБА.

st.john

Период с 1978-го до 1985-го был смутным временем для «Голден Стэйт Уорриорз». 4 тренера за 7 лет, уход из команды по разным причинам Рика Бэрри, Джамала Уилкса и Нейта Термонда, ни одного выхода в плей-офф, и обмен будущего члена Зала Славы Роберта Пэриша вместе с драфтовым пиком (который затем «кельты» используют на будущего члена Зала Славы Кевина МакХэйла) на драфт-пик, который «Уорриорз» используют на Джо Берри Кэрролла (прозванного впоследствии «Беспечный Джо») – вот краткое резюме происходившего в клубе безобразия. Положение дел изменил бывший тренер Эл Эттлз – заняв пост генерального менеджера команды, он уволил некоторых особо нерадивых функционеров, нанял в 1986-м на пост главного тренера молодого Джорджа Карла, и, что самое главное, потратил седьмой пик драфта-85 на талантливого студента из Нью-Йорка Криса Маллина.

4697 километров – именно столько отделяли родной Нью-Йорк от нового дома Маллина в Окленде. Вспомните разницу в культурах Восточного и Западного побережья США, тот факт, что Крис провел большую часть жизни в пределах одного города, и первое подобное расставание на долгое время с его девушкой (а в скором будущем – и женой) Лиз Коннолли – неудивительно, что Маллин запил. Не помогала ситуации и статус Окленда как кокаиновой столицы НБА – учитывая весь масштаб проблемы с употреблением наркотиков в тогдашней лиге, подобная репутация говорит о многом.

В свой второй сезон в лиге Маллин, из-за недостатка массы игравший пока на позиции второго номера, был в тени Слипи Флойда и выдал лишь 15,1 очка, 2,2 подбора и 3,2 передачи в среднем за сезон. Команда, однако, вышла, наконец, в плей-офф, где во втором раунде выдала сумасшедшую серию против будущих чемпионов «Лейкерс». «Игра имени Слипи Флойда» (набравшего в матче 51 очко) и возросшие амбиции руководства клуба привели к уходу из команды Джорджа Карла и приходу революционера и мечтателя Дона Нельсона.  

«Я мало что помню из тех первых двух сезонов. В Окленде тогда все принимали наркотики, невозможно было провести и получаса в клубе без того, чтобы тебе не предложили дозу. Мне это не нравилось, это была не моя тема, поэтому после тренировок я приезжал домой и пил в одиночестве».

lefty

В декабре 1987-го Маллин окончательно потерял контроль над ситуацией. Парень, которые в студенческие годы вдохновлял партнеров (в число которых входил и Марк Джексон) своим трудолюбием и ставился тренером Карнесеккой в качестве примера соблюдения дисциплины, начал пропускать тренировки команды. Дон Нельсон с его-то нюхом на талант просто не мог позволить себе потерять такого игрока. В качестве дисциплинарной меры тренер для начала просто дисквалифицировал Криса на пару матчей и попросил его взять себя в руки. Однако Нельсону доложили, что Маллин продолжает активно прикладываться к бутылке. Никакого скандала и выноса сора из избы – тренер просто сел и по-отечески поговорил с заблудшим Крисом. Поддавшись уговорам наставника и своих родных, тот, наконец, согласился пройти лечение и уехал на север Калифорнии, в Centinela Hospital в Инглвуде.

Месяц в лечебнице, шесть часов терапии в день и постоянные раздумья над своей жизнью – из Centinela Hospital Крис вышел другим человеком, преодолевшим семейную страсть к алкоголю и решившим начать жизнь с чистого листа. А закрепила успех удивительная история дружбы, которая началась на обратном пути из Инглвуда в Окленд.

«На пути в Окленд я заглянул к старому приятелю в Аламеде. Мы провели вместе день, просто гуляя по городу, а вечером зашли в парикмахерскую. Там-то я и познакомился с Диком Келлоггом».

Парикмахерская «Razor’s Edge» спустя двадцать с лишним лет по-прежнему на месте – городок Аламеда, авеню Санта-Клары, 2516. Дик Келлогг, один из совладельцев заведения, потяжелел и обрюзг, но все так же полон жизни и всегда рад показать посетителям бесчисленные фотографии с ним и его приятелем Крисом Маллином. Его заведение – рай для фаната спорта: на полках лежат стопки старых выпусков «Sports Illustrated» и пара футбольных мячей, подписанных футболистами «Окленд Райдерс», на стене в рамочке висит игровая майка Джейсона Кидда с его автографом, и даже Кенни Стаблер (легенда «Окленда») часто забегает сюда подстричь волосы. Подобное притяжение всего спортивного в округе – последствия приятельских отношений между владельцем заведения и Крисом Маллином.  

«Мы просто разговорились с Диком, и я рассказал ему, что только что закончил лечение от алкоголизма. Дик назвал это «новым этапом в жизни» и добавил, что это следует как-то символически отметить. Вот тогда-то я впервые и постриг свою шевелюру».

После того случая Дик Келлогг стал постоянным парикмахером и другом Маллина, а также частым гостем арены «Уорриорз». Ну а после Олимпиады-92 Дик повесил в своем заведении портрет Маллина и написал на нем «Участник Матча Всех Звезд и обладатель золотой олимпийской медали. Должно быть, все дело в стрижке». Узнав о проделке приятеля, Крис в свой следующий визит в парикмахерскую написал на своем портрете «Да, все дело в стрижке» и поставил свой автограф.   

hair

«Mullin puts down the bottle and puts up the numbers» – так газеты охарактеризовали четвертый год Криса в лиге. Первый трезвый сезон Маллина стал его карьерным и лучшим (Совпадение? Я вас умоляю!) – набрав массы, Крис выдал 26,5 очка, 5,9 подбора, 5,1 передачи, 2,1 перехвата (каждый из показателей того сезона стал лучшим в его карьере) и впервые удостоился приглашения на Матч всех звезд. А Дон Нельсон даже создал особую комбинацию, названную «motion», для того, чтобы максимально использовать меткость Маллина, способного одинаково хорошо бросать и левой, и правой рукой. Так начался пятилетний карьерный пик Маллина и короткая, но яркая эпоха «Run TMC».  

 

Получив Митча Ричмонда в 1988-м и Тима Хардуэя в 1989-м, свой первый год вместе троица отбегала под именем очередного «Большого Трио». В свой первый сезон взрывное и быстрое трио культивировало то, что впоследствии назовут «нелли-боллом», и лидировало в НБА по средней результативности по итогам сезона. В начале их второго совместного сезона ежедневная газета «The San Francisco Examiner» спонсировала конкурс «Придумай название для тройки «Уорриорз». Все предложенные читателями варианты были представлены на рассмотрение «Большому Трио», которое в итоге выбрало «Run TMC» – переделку названия рэп-группы «Run-D.M.C.» и аббревиатуру имен главных героев «Уорриорз» конца 80-х – начала 90-х.

В свой второй и последний год вместе трио послужило причиной того, что на арене «Уорриорз» был аншлаг на всех домашних играх. Руководство клуба даже проводило акцию – если «Голден Стэйт» во время игры набирал определенное количество очков, все болельщики на арене получали порцию бесплатной пиццы. В первой игре того сезона «Уорриорз» на пару с «Денвером» выдали сумасшедший итоговый счет 162:158 (!). «Воины» завершили ту «регулярку» с показателем 44-38 (лучший результат команды за девять лет) и стали второй самой результативной командой сезона (116,6 забитых очка в среднем за игру). Маллин стал восьмым по результативности в лиге (25,7 очка в среднем за игру), Ричмонд – десятым (23,9), Хардуэй – одиннадцатым (22,9). «Голден Стэйт» выиграл единственную за два года эпохи «Run TMC» серию плей-офф у «Сан-Антонио» во главе с Робинсоном и уступил во втором раунде «Лос-Анджелесу».

1-го ноября 1991-го «Run TMC» пришел конец – Дон Нельсон обменял Ричмонда и Леса Йепсена в «Сакраменто» на новичка Билли Оуэнса в тщетной попытки добавить команде мощи в «краске». За два сезона эпохи «Run TMC» «Уорриорз» выдали показатели 81:83 и ни разу не поднялись выше четвертого места в Тихоокеанском дивизионе. Однако трио стало легендарным, послужив не только прообразом «Финикса» «Эпохи семи секунд», но и создав особую атакующую философию, этакий баскетбольный аналог «Вы забьете нам сколько сможете, мы вам – сколько захотим» футбольной Бразилии.

«Порой тренер Нельсон даже отказывался давать нам план на матч. Просто просил делиться мячом, получать удовольствие от игры и радовать болельщиков. То была воистину особенная команда».

Непосредственное участие в «Run TMC» и пятилетний карьерный пик, во время которого Маллин показал себя одним из самых умных и альтруистичных игроков лиги, оказались отличной рекомендацией для Чака Дэйли. Приведший своих «Пистонз» к трем подряд Финалам и двум чемпионским титулам тренер был безоговорочно назначен на должность главы сборной США на предстоящей Олимпиаде в Барселоне. Кэмерон Стаут и Джек МакКаллум в своих книгах («Золотые парни» и «Дрим Тим» соответственно) утверждают, что Федерация баскетбола США попросила Дэйли составить свой лист игроков, которых он хотел бы видеть в команде. В представленном руководству листе были указаны имена Джордана, Мэджика, Робинсона, Юинга, Пиппена и Мэлоуна, именно в таком порядке. Седьмым Дэйли указал Маллина. Вы понимаете, что это означает? В эпоху расцвета самого большого индивидуального таланта в истории НБА лучший тренер тогдашней лиги посчитал Маллина лучшим игроком на позиции два-три после Майкла и Скотти!

В итоге Маллин был девятым игроком, официально включенным в лист участников команды Федерацией баскетбола США. Остальное – уже история, известная всем и каждому. Став отнюдь не последним участником величайшей баскетбольной команды в истории (12,9 очка, 1,6 подбора, 3,6 передачи, 61,9% с игры, 53,8% из-за дуги и 78,6% с линии штрафных в восьми матчах барселонских Игр), Крис получил свою вторую золотую олимпийскую медаль.

Впереди его ожидал последний год карьерного пика – последнее участие во Всезвездном Уикенде, 25,9 очка, 5,0 подбора и 3,6 передачи в среднем за игру по окончанию регулярного сезона. Конфликты Криса Уэббера и Лэтрелла Спрюэлла с Доном Нельсоном, его уход из команды, трехлетнее пребывание на посту главного тренера Рика Адельмана, приход нового владельца команды Криса Коэна, погубленный первый пик драфта-1995 (потраченный на Джо Смита), обмен Хардуэя в «Майами», капитальный ремонт «Oakland Coliseum Arena» и вынужденный переезд на арену в Сан Хосе, отставка Адельмана и приход на его место Пи Джея Карлесимо, нервный срыв и дисквалификация Спрюэлла, кричащие о кризисе в «Уорриорз» заголовки газет – на фоне сумасшедшей пятилетки после Олимпиады-92 карьера Маллина пошла на спад. Постоянные повреждения выбили его из игрового ритма (особенно не удался сезон 1994-95 – всего 25 сыгранных в «гладком» чемпионате матчей), показатели начали существенно падать, о возврате на прежний уровень пришлось забыть. Благо, Крис не сломался и не вернулся к бутылке, хотя мысли о подобном порой и проскальзывали.

sports       

По окончании сезона-1996/97 в Окленд приехали Эрик Дампьер и Дуэйн Феррелл, Крис Маллин же поехал заменять их в Индиану. Вот такой вот обмен. НБА – это всего лишь бизнес, какие тут могут быть обиды на родной франчайз? Тем более что ехал Крис к человеку, с которым его сравнивали на протяжении всей его карьеры.

Лэрри Берд доверил «версии Лэрри для бедных» место в старте во всех 82 играх «регулярки». Маллин не подвел своего тренера – он внес 11,3 очка, 3 подбора, 2,3 передачи и ветеранский опыт в общую копилку, которые позволили коллективу показать рекордные для клуба 58-24 в «регулярке». Дальше – больше: «Пейсерз» прошли «Кэвс» и «Никс» в плей-офф. Перед Крисом наконец-то забрезжил свет в конце туннеля – шанс на борьбу за чемпионство. Возглавляемые хладнокровным Реджи Миллером «иноходцы» столкнулись с ветеранским коллективом «быков» из Чикаго в финале Востока. Описывать ту семиматчевую битву не имеет смысла – любой мало-мальски уважающий себя поклонник НБА не понаслышке знает, что пришлось выдержать Джордану и его партнерам, дабы выйти в их последний Финал. Тот год был последним сиянием яркого самобытного форварда-снайпера из Нью-Йорка.

Маллин все же доберется до главной серии сезона в 2000-м, где покажется на площадке в трех матчах и будет наблюдать из первых рядов, как династия «Лейкерс» завоевывает свой первый из трех титулов. По окончании сезона «Индиана» спишет контракт Криса за ненадобностью, и он вернется в родной Окленд в качестве свободного агента, дабы в последний раз сыграть перед родными трибунами.

Когда в 2011-м Криса Маллина заслуженно вводили в Зал Славы баскетбола имени Джеймса Нейсмита, с ним на сцене присутствовал Луи Карнесекка. Оглядев присутствующих, Маллин с улыбкой произнес «Только сейчас я понимаю, как далеко я ушел от родного района Флэтбуш». Раздавшийся одобрительный гром аплодисментов, по-моему, является лучшей оценкой карьеры этого человека. 

О Крисе Маллине не вспоминают, когда речь заходит о величайших белых игроках в истории. Его не упоминают в одном ряду со снайперами от Бога в лице Лэрри Берда, Стэфа Карри, Реджи Миллера и Рэя Аллена. О нем забывают даже в контексте «Dream Team». Не совершайте и вы подобной ошибки. Не забывайте о белом пареньке из Бруклина, который сумел преодолеть свои проблемы и нашел свое место среди ярчайших звезд на небосклоне НБА.

Фото: REUTERS

КОММЕНТАРИИ

Комментарии модерируются. Пишите корректно и дружелюбно.

Лучшие материалы