android-character-symbol 16.21.30apple 16.21.30@Combined ShapeЗагрузить фотографиюОчиститьCombined ShapeИскатьplususeric_avatar_placeholderview

Никакого гуманизма. Обзор главных эпизодов Гран-при Малайзии

Инциденты с применением командной тактики, оборона по системе Хюлькенберга, а также разбор других эпизодов – в материале Tribuna.com.

Никакого гуманизма. Обзор главных эпизодов Гран-при Малайзии
Никакого гуманизма. Обзор главных эпизодов Гран-при Малайзии

Тем, кто все еще с радостью натирает мозоли на пальцах, выбивая на клавиатуре аргументы за или против Себастьяна Феттеля, посоветуем сразу прокрутить текст к последнему абзацу. До той поры все внимание «разбора полетов» будет сосредоточено на актерах второго плана, которые оказались незаслуженно забыты в пылу интернет-войн. Хотя именно их «подыгрыш» раскрасил сражения на «Сепанге» яркими красками вплоть до злополучного 46-го круга.

Криминальный Хюлькенберг

Прежде всего, в овациях есть смысл искупать Нико Хюлькенберга. Новобранец «Заубера» эффектней всех откатал воскресный дебют, подтвердив собственное умение находить для болида оптимальный баланс в пограничных погодных условиях. На все еще влажной, но стремительно (и неравномерно!) подсыхавшей трассе немец выдал шикарный отрезок в полтора десятка кругов, на котором уместились обгон Серхио Переса с позиции силы, лучшее время прохождение круга и борьба с Дженсоном Баттоном, чей болид выглядел более сбалансированным. Тем не менее, даже с учетом скольжения сликов, Нико старался пилотировать агрессивно и искать сражений даже в ситуации заведомо проигрышной.

По факту, Хюлькенберг в воскресенье досадно проиграл всего одну битву — «Лотусу» Ромена Грожана. И то лишь потому, что на 22-м круге, прямо перед встречей с французом, заехал в боксы. После «переобувки» болид немца не имел достаточного сцепления с трассой, из-за чего Нико пропустил сперва Фелипе Массу, а затем и французского визави. Но если к бразильцу позиция в связке второго-третьего поворотов отошла без борьбы, то Грожану в какой-то степени пришлось даже рискнуть. Перед пятым виражом Ромен остался на внутреннем радиусе вопреки оптимальной траектории — и по еле видной ниточке сухого асфальта провел машину по затяжному левому. «Заубер» в данном случае оказался в отыгранном положении, поскольку еще при подходе к повороту чуть шире, чем требовалось, двинул на внешний радиус — иначе зашкаливал риск вылета за пределы гоночной траектории. То бишь Хюлькенберг, страхуясь, делал то, что требовалось. А Грожан, рискуя, атаковал как и должен был атаковать пилот топ-конюшни.

Может, Хюлькенберг защищался где-то грубо и топорно, но в рамках правил — ровно с такой же сельскохозяйственной простотой, как и Серхио Перес

Впрочем, должок «Лотусам» Нико вернул — пусть на 40-м круге и уже Кими Райкконену. «Терки» между пилотами, начавшиеся еще во время синхронного пита десятком минут ранее, к интересующему нас виражу достигли апогея. Ведь попыткам «Айсмена» совершить рокировку номинальный аутсайдер пары всячески противился. Может, где-то грубо и топорно, но в рамках правил — ровно с такой же сельскохозяйственной простотой, как и Серхио Перес немногим ранее. Собственно, эпизод, вызвавший негодование финна и ставший кульминацией борьбы, был из той же оперы. Разница была лишь в контакте колесами, на который Хюлькенберг решился при выходе из виража.

Был ли стык криминальным? На наш взгляд – нет. Ведь секундами ранее Хюлькенберг грамотно оттормозился на внутреннем радиусе и вошел в вираж полноценным лидером. Но при этом сразу выворачивать вправо не стал — хотя мог бы. С одной стороны, Нико остерегался непроизвольного контакта. С другой, видел, что машина Райкконена ведет себя нестабильно при агрессивном пилотаже. Соответственно, Кими требовалось свободное пространство, чтобы подруливанием вернуть машину под контроль (это, кстати, и произошло, что четко видно на записи). Тем не менее даже при возвращении с поребрика на гоночное полотно «Заубер» оставался на добрых полкорпуса впереди «Лотуса», а потому имел преимущество при выборе траектории для атаки последующего левого виража.

То, что при этом Нико слегка «тюкнул» по колесу «черно-желтых» — нормальный рабочий момент в ситуации, где пилоты намеренно не хотят уступать друг другу инициативу, одновременно проверяя нервные системы соперника. Истерия же Райкконена объясняется, на наш взгляд, именно недостаточным сцеплением машины с трассой. Кими боялся, что после стычки работать рулем и сбрасывать скорость доведется сильнее обычного. Как результат, соперник получит ощутимый перевес. Но бог ты мой, стоило ли делать из мухи слона лидеру на тот момент индивидуального зачета чемпионата мира? Ведь в первый же год по возвращении в «королевские гонки» он сам несколько раз проделывал похожие трюки. А уж сколько таких было в 2000-х и вовсе не сосчитать…

Решительный Алонсо

Фернандо Алонсо достоин пусть небольшого, но отдельного абзаца за авантюризм, который едва не спровоцировал появление на свет мини-шедевра. Ведь с поврежденным передним антикрылом носовая часть его «Феррари» утратила всякую связь с силами земного притяжения — и принялась жить лишь только ей понятной жизнью. Тем не менее, испанец еще круг демонстрировал чудеса эквилибристики, не просто удерживая шасси под контролем, но и отбивая атаки конкурентов. Ваш автор насчитал как минимум три (!) момента, где пилоты средней руки попросту бы пропустили соперника, сместившись от греха подальше с оптимальной траектории. Но Нандо умудрялся с ними тягаться даже на торможении!..

Если бы Алонсо добрался до боксов в целости и сохранности, только за этот отрезок его следовало бы включить в список героев гонки

Право слово, если бы Алонсо добрался до боксов в целости и сохранности, только за этот отрезок его следовало бы включить в список героев гонки. Увы, «сев в лужу» по ходу второго круга, испанец остался не удел. Хотя, судя по тому, как послушно вела себя даже поломанная «Феррари», по сухому треку Фернандо выбрался бы из передряги живым и невредимым.

И еще парочку слов перед главной темой дня — о ребятах из «Форс-Индии». Они борются между собой столь же активно, как и с прямыми конкурентами. Они оба здорово защищаются, хотя болиды с трудом выруливают из поздних торможений, чем обедняют тактический арсенал напарников. Они довольно ритмичны при прохождении кругов как на коротких, так и на длительных отрезках — это существенно упрощает инженерам работу по сбору и анализу данных. Конюшне остается самую малость: обеспечить гонщиков надежной техникой, чтобы они наконец-то реализовали потенциал полностью. И тем самым, кстати, не на шутку обогатили самих «силовиков» за счет денег от «Ф-1», распределяемых по результатам Кубка конструкторов.

И снова о командной тактике

Ну а теперь то, ради чего, леди и джентльмены, мы все здесь собрались, ибо жертвенный костер, пылая уже третий день как, требует новых дровишек. Извольте, подброшу. Правда, предварительно предложу возвести на него господина Кристиана Хорнера, ибо именно его вижу главным виновником сложившейся ситуации. Конфликт ведь по сути своей прост — и не стоит выеденного яйца. Один пилот обогнал другого пилота в полном соответствии с официально установленными (это подчеркнем особо!) правилами. При этом нарушений не допустил даже формальных нарушений. Кроме того, он исходил из того, что командная иерархия, как не раз сообщалась руководством, предусматривает равенство пилотов. Соответственно, борьба между напарниками оставалась неотъемлемой частью его сосуществования с Уэббером. Наконец, статус трехкратного чемпиона мира позволял Феттелю принять то решение, которое шло вразрез со стратегией команды.

Ведь именно такие решения в свое время позволили Дженсону Баттону срывать джек-поты в дождевых гонках и стать чемпионом мира-2009. Такие решения позволили Льюису Хэмилтону опередить Алонсо в спортивной и закулисной борьбе на пути к титулу-2008. Наконец, такие решения в свое время привели самого Нандо и беспринципного Флавио Бриаторе к двум подряд сезонам доминирования в «Рено». И это только примеры из новейшей истории! Другими словами, обладатель малазийского поула (зачастую человек, его выигравший, при прочих равных внутри команды, уже со старта считается номинальным фаворитом конюшни на Гран-при) совершил поступок, который в спортивном смысле с высокой вероятностью может в конце 2013-го принести ему очередной титул.

Один пилот обогнал другого пилота в полном соответствии с официально установленными правилами

«А как же моральная сторона?!» — наверняка уже во все горло орут те, кто вместе с Марком Уэббером последние 15 кругов Гран-при проклинали немца последними словами. Мол, Хорнер и австралийцу обещал, что атаки напарника не будет, и самого Себа пару раз пробовал осадить. Но послушайте. Во-первых, слышали ли вы прямой приказ главы конюшни? Такой, чтобы отрезал всякое желание противиться. Такой, чтобы стальным россобрауновским голосом сулил беду провинившемуся. Такой, чтобы исключал всякие двусмысленные трактования. Нет, и еще раз нет. В эфир ушло только «Себ, это уже глупо».

Что-то осталось за кадром, скажете? Вряд ли. Иначе Хорнер приказал бы чемпиону уже после обгона вернуть позицию. Ведь если конюшня видела в Марке победителя, то такую рокировку за оставшееся до финиша время она бы непременно — при волевом руководителе — организовала. Но после клетчатого флага босс Кристиан промямлит лишь: «Вы думаете, Феттель послушал бы, скажи я ему такое?». А стоило попробовать, мистер Хорнер, стоило попробовать. Но вы предпочли выставить ситуацию таким образом, что вместо безволия мостика общественность сконцентрировала внимание на волюнтаризме Феттеля. Волюнтаризме, который, как показывают комментарии и опросы, в аналогичной ситуации, но уже в исполнении Уэббера публика приветствовала бы. Ведь он же, бедолага, до сих пор чемпионом ни разу не стал…

Забавно, что обвиняя Феттеля в предательстве командных идеалов, люди совершенно не вспоминают об аналогичном поступке Уэббера на прошлом Гран-при Бразилии. Тогда ведь ни кто иной, как австралиец заблокировал напарника на старте, перекрыв тому коридор внутренней траектории, причем прекрасно осознавая неудобства, что создавались из-за маневра. По факту, выросшее из этого раннее торможение привело к тому, что немец потерял выгодную линию движения и двинул широко в обход скопища машин, отдавая позицию за позицией. Итогом этой «братской нелюбви» могла стать потеря Себом титула (из-за чего, к слову, после гонки в боксах бесновался Гельмут Марко), но поскольку все закончилось хорошо, об инциденте все забыли. Вернее, почти все — Феттель, видимо, держал этот эпизод в памяти.

Наконец, господа, заводящие речь об идеалах гуманизма в «Формуле-1», скажите, когда они последний раз на самом деле были востребованы в командах, где пилоты имели равный статус? Это пиранья-клуб, где обглоданным может остаться даже Фернандо Алонсо, нынче смело подтрунивающий в твиттере над быками лишь потому, что обладает в линейке пилотов «Феррари» абсолютной властью. Ради цели всей жизни уговоры нарушали даже великие пилоты. А на один случай предоставления своей машины напарнику, ведшему борьбу за титул, выпадали десятки умышленных пакостей сокоманднику. Соответственно, глупо «шить дело» Феттелю только потому, что его воспитание позволило обмануть надежды напарника — это подтвердит вам даже Андрей Аршавин.

Уэбберу, уязвленному и обиженному, стоило контратаковать в битве за свое доброе имя

Оставляет вопросы и поведение самого Уэббера на трассе. В Стамбуле-2010 ему совершенно ничего не мешало зарубаться с Феттелем. Здесь же после рокировки последние 15 кругов он «сидел и думал» (с). Честно говоря, в кокпите столь почетным делом стоило бы активно заниматься Пастору Мальдонадо — ведь хочется верить, что в межсезонье страшила из «Уильямса» завернул к Гудвину и разжился порцией мозгов, но пока так и не понял, как ими пользоваться. Уэбберу же, уязвленному и обиженному, стоило контратаковать в битве за свое доброе имя. Последствия? Кого они интересовали после случившегося! Гнев Хорнера? Кому он когда был страшен! Угроза увольнения? Так Марк сам размышлял о возможности завершения карьеры! Соответственно, своей пассивностью австралиец лишь полил воду на мельницу напарника. Потому что только люди с титановыми яйцами способны стать чемпионами «Ф-1». В отличие от тех, кто за 11 лет в больших призах так и не научился уважать себя и не научил этому других.

Тех, кто поспешил записать автора в фанаты Пальца, спешу разочаровать. Будучи поклонником Камуи Кобаяси и Нико Росберга, к разборкам в стане «быков» при переходе на личности равнодушен. Но именно с позиций простого болельщика протестное решение Феттеля приветствую. Чем меньше будет покладистости внутри линеек пилотов, чем больше раздрая будет вызывать командная тактика, в результате сама себя из-за этого изживущая, тем лучше. Доезды в финальных стадиях радуют глаз только командных боссов, хотя автоспортивное зрелище задумано для услады совершенно иной категории зрителей.

Понятное дело, упомянув о Росберге, теперь нужно сказать пару слов и о «Мерседесе». Менее критичных, надо признать, ведь там решение за сохранение иерархии Росс Браун безбоязненно взял на себя. Он прямо и четко объяснил сначала Нико, почему рокировка запрещена, а после гонки разложил все по полочкам фанам «трехлучевых». В результате босса конюшни можно упрекнуть лишь в нежелании затевать сложные тактические игры. Ведь Росберга можно было запустить к парочке «быков» кругов за 15 до финиша, чтобы просто удостовериться — Нико с имеющейся картографией мотора на революционера тянет. И таким же волевым решением вернуть Льюиса во главу пары. В противном же случае и без того окрыленный немец, думается, выжал бы из болида еще 200 процентов мощностей дабы утереть нос чемпионам мира. Увы, Браун предпочел синицу в руках. Впрочем, даже это не худший исход малазийского Гран-при для пользователя командной тактики…

КОММЕНТАРИИ

Комментарии модерируются. Пишите корректно и дружелюбно.

Лучшие материалы